Карточный домик

– Ну, а если и там карта… то что тогда? Маньяк, повёрнутый на Таро?

– Оля, ты слишком сильно ускоряешь события.

– А ты слишком сильно занудствуешь.

– Ты что-то хочешь рассказать? – вдруг быстро спросил Замятин.

– Что? – растерялась я.

– Мы слишком давно знакомы, чтобы я не мог угадать хоть малую часть твоего настроения. Так в чём же дело?

– У Фирсова завтра выставка картин. Премьера. И весьма яркие флаеры.

– Предлагаешь сходить? – усмехнулся Макс, прекрасно осведомлённый об этой истории.

– Любоваться его мазнёй? Ну, уж нет.

– Даже если там твои портреты?

– Их там не будет, – уверенно отрезала я. – Вряд ли Лёша ушёл от Ули, а это значит, что он просто не посмеет. Шаг влево, шаг вправо – расстрел.

– Что ж, как было и с тобой.

Вот оно: сильнейшее желание уколоть отвергшего тебя человека, тем самым как бы давая ему попробовать на вкус эту боль, и если повезёт, то даже больше.

– Хочешь, чтобы я съездил сам, а затем всё тебе подробно рассказал?

– Ничего я не хочу, – махнула я рукой, уже жалея о заведённой мною теме, ведь, если Макс действительно захочет посетить выставку, он это сделает.

– Брось, Оленька, тебе ведь интересно. Чёрт бы с этими чувствами, но о любопытстве ты поспорить не сможешь.

Я пожала плечами.

– Кроме любопытства, говорить больше ни о чём не приходится.

– И всё? Вот так вот просто? – прищурился Замятин, наконец подняв на меня свои измученные глаза.

– О чём ты? – я устало опустила руки и свесила их вдоль своих ног, зато Макс на этот раз упрямо смотрел мне в глаза, будто бы сканируя каждый нейрон, каждую мысль в моей голове.

– Я – о Вадиме.

– О Новикове?

– Мы можем поиграть в шарады, если тебе угодно. Я знаю, что ты к нему отнюдь не равнодушна. Более того: всё очевидно. А знаешь, что ещё интересней? Новикову на тебя наплевать.

Он отчаянно пытался меня задеть, однако у него это не получалось.

Я покачала головой и наградила Макса снисходительной улыбкой. Но промолчать – разве это в моих правилах?

– А я думала, что ты любишь меня. Иначе зачем бы тебе нести всю эту ерунду?

И тут Макс словно осел. Словно пытался судорожно, но безуспешно вдохнуть ускользающий воздух. Он растерянно смотрел на меня и даже не смог произнести ни слова.

С этим я вышла из гостиной и направилась на кухню.