Лойс

– Спасибо, – сказал он и принялся старательно переписывать готовую задачу в свою работу.

Это происшествие на минуту выбило Лойс из колеи, и она не сразу смогла собраться и вновь окунуться в мир математических вычислений. В отличие от Артура, она не могла позволить себе даже четверки за эту работу.

Когда прозвенел звонок, учитель математики, мистер Кравис, попросил всех задержаться на пару минут. Подростки, ожидая очередных заданий на каникулы, недовольно загудели.

– Оставьте этот гундеж для своих родителей, – отчеканил учитель.

 – Да, прекратите верещать! Я не собираюсь загружать вас заданиями, я лишь хочу на глазах всего класса поздравить мою ученицу, которая уже несколько лет подряд радует меня своими успехами и здесь и на всех выездных конкурсах, с ее потрясающими успехами. Дорогая Лойс, поздравляю тебя и хочу сказать тебе большое спасибо за твою несокрушимую преданность математике, а так же вручить вот этот скромный подарок.

Мистер Кравис подошел к парте, за которой сидела Лойс, и вручил ей черный футляр, в котором лежала тонкая, позолоченная ручка и брелок в виде черепахи.

Лойс показалось, что все глаза мира сейчас смотрят на ее бледное лицо. В ее голове волчком крутилась одна мысль – зачем мистер Кравис это сделал? Неужели он не видит, что у нее и так огромные проблемы в общении с одноклассниками, а его «широкий жест» сделает их еще больше.

– Спасибо, мистер Кравис, – тихо сказала Лойс, держа футляр онемевшими пальцами.

– Тебе спасибо, – заулыбался мистер Кравис.

 – Ты гордость нашей школы! Если бы все занимались так усердно как ты, то из этих стен выходило бы гораздо меньше тупиц. Да, я говорю о многих из вас и это не оскорбление, а констатация факта. Но, я не хочу останавливаться на грустных моментах, поэтому просто пожелаю вам веселых каникул и хорошего настроения. Теперь можете проваливать из моего кабинета.

Толпа с радостью бросилась к выходу, но на сей раз, кое-кто вынес из кабинета не только математические здания, но еще и жуткую ненависть к Лойс.

Она это чувствовала, поэтому не спешила покидать класс, заранее зная, что ничего хорошего на этой перемене ее не ждет.

– Лойс, поторопилась, а то опоздаешь на следующий урок, – сказал мистер Кравис. – Какой, кстати, у тебя урок?

– Французский язык, – ответила Лойс, продолжая стоять у двери.

– Тогда тебе точно следует поторопиться, ведь даже мне известно, что мадам Дудиа не терпит опозданий, – хихикнул мистер Кравис и закатил глаза.