Лойс

В одном, самом темном углу подвала стояла небольшая старомодная ванна, всегда доверху наполненная ледяной водой в которой плавали кубики льда. Это, с виду простое приспособление мистер Грант использовал очень умело. Он знал, что Лойс недолюбливает воду, точнее – боится погружаться в воду с головой, и не использовать это как угрозу было бы глупо, а мистер Грант не считал себя глупцом. С другой стороны, Эрик Грант так же знал, что любым человеческим страхом может воспользоваться кто угодно, именно, поэтому он пытался искоренить из дочери ее страх связанный с водой.

Старался он не только для нее, но и для себя, так как не желал терпеть подобного изъяна в своем отпрыске.

Лойс не оставалось ничего другого, как явиться в спортзал в назначенное время. Опоздание сразу повлекло бы за собой очередное наказание, а после случившегося на кухне у нее итак почти не осталось сил.

– Могла бы сделать лицо подовольнее, – первое, что сказал мистер Грант, увидев дочь на месте. – Другие бы радовались, что у них есть возможность проводить с отцом столько времени, а у тебя такой вид, будто тебе это в тягость.

– Извини, отец, – сказала Лойс и натужно улыбнулась.

– Лучше не старайся, – раздраженно сказал мистер Грант. – Противно смотреть, как ты пытаешься сыграть роль счастливой девочки. Бери скакалку и начинай разминку.

Лойс сжала челюсти посильнее и приступила к своей обычной вечерней тренировке. Она прекрасно понимала, что чем лучше выполнит упражнения и не разочарует отца, тем быстрее сможет вернуться в свою комнату и лечь спать.

Но, не только сам сон радовал Лойс, но и время до его наступления, когда она, лежа в кровати, могла спокойно помечтать о другой жизни. О жизни более счастливой, в которой есть место для любви, радости, веселья и еще многого того, чего в существовании Лойс не было, и быть не могло.

– Работай! Еще, еще! – орал мистер Грант, которому показалось, что Лойс не достаточно сильно лупит по груше руками и ногами. – Не зли меня! Выкладывайся полностью! Работай!

Лойс никак не могла понять, почему отец не видит, что у нее нет сил и что она вымотана до предела.

Он не выпускал ее из спортзала уже два часа, заставляя каждые двадцать минут наращивать темп выполнения упражнений и ни в коем случае не сбавлять его.

– Не могу, – вырвалось у Лойс, когда ее ноги подкосились, и она упала рядом с боксерской грушей, по которой только что колотила кулаками, как сумасшедшая.

– Что ты сказала? – спросил мистер Грант грозным тоном.