Семья Моро и Город бедняков № 44. История первая

Он всего раз испытал на себе хищный взгляд этой дикой женщины и навсегда его запомнил. Гбемизола хоть и была уже не молода и была не так проворна, как в лучшие свои годы, но она еще вполне могла дать отпор любому, кто посмел бы ее оскорбить.

– Ну, хорошо, хорошо, – залепетал Юний и отвел глаза в сторону. Потом он на секунду исчез за прилавком, а когда появился, то в его руке была большая книга, в которую хозяин лавки записывал всех своих должников. – Выбирайте товар, Гбемизола, а потом мы вместе посчитаем ваш общий долг.

Гбемизола с трудом сделала вид, что не услышала последних слов Юния. Отец Магориан последовал ее примеру и чтобы не смущать женщину, он приблизился к хозяину лавки, пока она выбирала товар и, положив на прилавок две монеты, быстро отчеканил:

– Мне бутылочку красного вина и небольшой кусочек хорошего сыра.

– Сию минуту, – отозвался Юний. При виде денег он всегда становился чуточку счастливее и капельку добрее.

Взяв из вечно грязных рук Юния бумажный пакет со своим завтраком, отец Магориан начал искать повод, чтобы задержаться в лавке.

Ему не хотелось оставлять почти свою женщину наедине с таким невоспитанным мужланом как Юний и он стал делать вид, что хотел бы приобрести еще что-нибудь. В это время Гбемизола уже выбрала все что ей нужно и в пол голоса озвучивала это хозяину лавки. Юний складывал продукты ей в корзину и каждый раз как отворачивался к полкам, чтобы взять там банку кофе или коробку сахара он недвусмысленно закатывал глаза. Его голову жгла мысль, что он снова отдает свой товар и снова не получает за него денег, а такие жизненные моменты были продавцу в тягость.

– Теперь давайте считать, – ласково произнес Юний и стал быстро листать свою книгу. – Ну, вот и ваша страничка. Ох, да у вас тут накопился внушительный долг! Надо что-то с этим делать, милая Гбемизола, а то мне придется перестать помогать вам.

– Я же сказала, что разберусь с этим, – коротко ответила женщина. – Надеюсь у тебя, Юний, хватит терпения, и ты не станешь делать глупостей.

Юний замялся и стал притоптывать одной ногой, чтобы скрыть раздражение и не начать грубить Гбемизоле на глазах у служителя церкви. Как же ему хотелось плюнуть в лицо этой женщине и сказать ей, что она для него просто мусор. Что он ни за что на свете не стал бы ей помогать, если бы только в городе не ходили слухи о том, что у Гбемизолы много таких товарищей, которые с радостью вспорят ему брюхо.