Смерть Калибана. Повести

Он впервые ощутил себя как песчинку, и как это чувство было для него сейчас сильно и ново! Всегда – и в детстве, и парнем, и в армии, в Афгане, он считал себя сильным, не принимающим слабости других, ни тем более свои собственные.

Но сейчас Николай ощущал растерянность. Какая он малость в этом бесконечном пространстве мёртвой материи! Его тело, затерявшееся в безмерной бездне, вызывало в нём неизъяснимую жалость. Но слезы, плотным комком подступившие к горлу, не давали ему забыть, что сейчас его дух есть лишь отражение слабой плоти, оставшейся там, в затерянной дали…

Калибан, видевший смятение Николая, усмехнулся: «Да-да, только так мы, все живые существа, можем понять, что есть наша бренная оболочка, – единственное прибежище души.

Тебе не приходилось раньше сталкиваться с такими мыслями… Оно понятно… молодость! Только в эту пору жизнь кажется вечной и негасимой, которую без оглядки можно разменять по прихоти сиюминутного желания! Поэтому молодость так непримирима, так легко вступает в конфликт, даже самый жестокий, где сама жизнь ставится на кон. И это не безрассудство, просто это свойство всего живого… Ты ведь воевал?»

«Да».

«И убивал».

«Да».

«Тогда тебе легче меня понять, кровь тяжела – в землю тянет. Хотя загубленных душ на тебе из наших, младших существ, не счесть, но ты это не считаешь своим грехом. Многие люди не понимают этого… Но главное среди всего прочего – закон о неприкосновенности живого, того, что движется и дышит, от мелких, ничтожных капель живой материи до нас, высших творений природы!».

Николай с удивлением посмотрел на Калибана. Тот кивнул:

«Не удивляйся. Между нами разница просто ничтожна по сравнению с инфузорией либо другой такой же тварью и убивать таких, как я, также преступно, как и убить человека». «Но как же? Вы не мыслите, так как мы, не можете отличать добро от зла и ещё многое другое…». «Это извечное, это роковое ваше заблуждение! Вы сами изолировали себя от мира, в котором изначально мы были все вместе.

И теперь вы одни в природе, против неё, вместо того, чтобы искать где-то в иных мирах братьев по разуму. Оглянитесь вокруг! Вот они, здесь, ваши братья, меньшие братья! Им не дано, как вам, свойств сопоставления, выводов и анализа. Но они несравненно тоньше и богаче одарены чувствами…».

За разговором Николай не заметил, что они перемещаются высоко над землёй, но странным образом.