Легенда о Белом Древе

Спустя некоторое время он взмахом крыла подозвал Сумрачную Лисицу:

– Алиса, иди посмотри, кто пришёл.

Лисица, изящно ступая, приблизилась к своему коллеге и заглянула через его плечо в слюдяную чашу, наполненную непрозрачной вязкой жидкостью. На её поверхности маленькие объёмные фигурки зайчонка и его родителей шли по коридору, направляясь к винтовой лестнице. Стены, пол и потолок вспыхивали светлячками перед заячьей семьёй и затухали, когда они проходили мимо.

Лисица отвернулась от чаши и хмыкнула:

– Надо же, какой маленький… Светленький зайчонок… Хм, настолько светлый, что кажется белым… Думаешь, это он?

Ворон провёл по кромке чаши крылом, задумчиво разглядывая Снежика, и в тон ей ответил:

– Не уверен… Но нигде ведь не говорится, что он будет большим.

Хотя это было бы неплохо, конечно… А вот то, что он очень светлый, уже заставляет отнестись к нему внимательней.

Лисица высказала свои давние сомнения:

– Может статься, что мы ошибочно понимаем легенду… Может, там и не про цвет вовсе, а про что другое.

Тогда всё может очень усложниться.

Ворон, разделял опасения Лисицы, но, поскольку никаких способов проверить легенду не было, лишь молча вздохнул, отбросив сомнения и решив использовать то толкование легенды, что уже много лет было в ходу.

Чуть погодя он смахнул крылом с поверхности жидкости фигурки визитёров, и попросил Лисицу:

– Алиса, будь добра, открой гостям.

***

Снежик с родителями поднялся по винтовой лестнице и оказался перед высокой дверью. Лев только-только протянул лапу, чтобы постучать, как она широко открылась внутрь.

От неожиданности он качнулся и сделал несколько шагов вперёд, восстанавливая равновесие.

– Ох, простите!.. – воскликнула Лисица, и, желая сгладить оплошность, придержала Льва за локоть. От её прикосновения тот вздрогнул и замер.

Дающая Присвоение заметила странное поведение зайца и убрала лапу, одновременно уходя в сторону, чтобы пропустить пришедших.

«А я уже успел забыть, какие это… своеобразные ощущения», – подумал Лев, потирая лапой место прикосновения, и прошёл внутрь.

Тем временем зайчонок, не замечая Лисицу, отпустил лапу матери и во все глаза стал разглядывать комнату. Все его страхи бесследно исчезли. Осталось лишь огромное любопытство.

А комната, безусловно, заслуживала внимания. Стены и потолок были похожи на воду, отражающую звёзды. И эта вода почему-то передумала стекать и замерла сплошной мерцающей завесой. Под ней двигались тени неопределённой формы.