Легенда о Белом Древе

– Положим, твое прозвище я уже слышал. Но, поскольку сейчас мы видим друг друга в первый раз, считаю, что необходимо официально представиться.

Зайчонок нашёл доводы Ворона разумными, и протянул лапу:

– Приятно познакомиться, меня зовут Снежик.

Стоило только зайчонку обхватить крыло пальцами, как их, а затем и кисть, защипало. Ощущение было такое, будто тысячи иголок впились в кожу. Зайчонок тут же отдёрнул лапу и удивленно посмотрел на Ворона. Тот ответил на невысказанный вопрос:

– Тебе ведь отец говорил, что здесь живут волшебники? Так вот, сейчас ты ощутил волшебство на себе.

– Дядя Ворон, как вы узнали, о чём мы говорили? – начал было Снежик, снова упустив слово «мудрый», но Ворон не обратил на это никакого внимания, как, собственно, и на сам вопрос. Его внимание было привлечено чем-то за спиной Снежика. Не успел зайчонок обернуться, чтобы посмотреть, что там происходит, как Мудрый Ворон произнёс, указывая на кого-то позади:

– Снежик, познакомься, это дающая Присвоение по имени Сумрачная Лисица.

Из-за спины Снежика послышался мягкий вкрадчивый голос:

– Ну, здравствуй, зайчонок по прозвищу Снежик. Как тебе здесь? Нравится?

Зайчонок обернулся и нос к носу столкнулся с наклонившейся к нему очень большой бурой лисой в свободном комбинезоне из мягкой струящейся коричневой ткани. Её глаза глубокого тёмно-синего цвета со светящимися точками, напоминающими звёздное небо, оказались очень близко. Снежиком овладела приятная слабость. «Небо… Такое высокое…», – подумал он, следуя за звёздным хороводом в лисьих глазах.

Где-то вдалеке послышался голос Ворона: «Прекрати. Ещё рано». Лисица моргнула и наваждение о полёте в ночном небе пропало.

Зайчонок встряхнул головой и заморгал, приходя в себя. Затем вспомнил о вежливости и протянул Сумрачной Лисице лапу. Она в истинно женской манере слегка пожала её за пальцы.

– Здравствуйте, тётя Сумрачная Лисица. У вас и дяди Мудрого Ворона замечательный дом, – вежливо поздоровался Снежик.

– О! Как приятно слышать столь лестный отзыв.

А то я всё переживала, что мрачновато получилось. Как тебе кресла? Оживляют обстановку, правда? А ещё цвет пола…

Ворон вздохнул. В части самокритики, переходящей в самолюбование, да ещё и с использованием окружающих, Лисица была большая мастерица.

Ворон с жалостью посмотрел на Снежика, который совсем растерялся от такого «интерьерного напора». Зайчонок посмотрел в сторону родителей, ища поддержки. Но они будто ничего не замечали и спокойно пили чай.