Лесник для Флоры

Казалось что тут, рядом с кратером, бродит разъяренный Карой, и от удара когтистой лапой спасает только тяжесть оберега, который Имре никогда не снимал.

Ирбис дожидался, пока двуногий сфотографирует перемолотые землетрясением скалы и уложит фотоаппарат в вещмешок, прыгал по камням, пил воду из озера и посмеивался над его страхами. Так и жили – с сезонными прогулками и отчетами в министерство.

К вечеру Имре доехал до гостиницы в маленьком городке, оставил снегоход на стоянке и пересел в автобус, идущий в Ирбисск.

Родители его приезду обрадовались. Матушка сварила домашние пельмени, сдобрила их горчицей и сметаной, и накормила Имре до отвала, дважды подкладывая добавку. После сытной еды и путешествия потянуло в сон, и он, переставив будильник на час позже, завалился на кровать в своей спальне.

Следующий день начался с суматохи – проспал, прособирался – продолжился встречей со знакомыми и интересным обучением. Группу отпустили около пяти, когда на Ирбисск уже начало опускаться мягкое покрывало сумерек: день был серым и облачным, снег – тусклым.

Имре вышел из аудитории вместе с двумя бывшими однокурсниками и охотно согласился посидеть в каком-нибудь кафе – рассказывать о себе было нечего, но факты и сплетни послушать хотелось. Кто на ком женился, кто где живет, как зажимают топливо для снегоходов и не докладывают мясо в паек.

Они определили, что разъезжаться по домам будет проще из центра города – никому не обидно, всем почти одинаково – прыгнули в автобус и через три остановки вышли возле центральной улицы города.

Здесь снег сиял и искрился, раскрашиваясь в разные цвета отблесками магазинных вывесок, светом оранжевых и голубых фонарей, яркими рекламными щитами.

– О, «Сластоежка», – оживился Лазар, указывая на огромные окна. – Тут отличный кофе и пирожные-ежики. Зайдем? Сладкого хочется.

– Я не буду пить кофе, как манекен в витрине, – отказался Имре, тыкая пальцем в подсвеченные столики, стоявшие прямо возле окон.

– Там второй зал, сядем в уголке. Пойдем, ежики тут обалденные.

Они поднялись по ступеням, стряхнули снег с сапог на прорезиненном коврике у входа и окунулись в тепловую завесу. В зале вкусно пахло, и Имре ужасно захотел и кофе и десерт – только не в витрине. К счастью, места во втором зале были. Они сдали куртки в маленький гардероб, прошли к указанному официантом столику и получили меню. Усаживаясь, Имре почувствовал на себе чей-то взгляд. Завертел головой и неожиданно увидел голубоглазую Флору.