Круги на воде

– Ну-ну, – буркнул сияющий бог, но весь его вид лучился самодовольством.

Больше не сказав ни слова, белобородый взлетел на колесницу и, стегнув лошадей, умчался в небесную высь. Солнце покинуло Подземный мир вместе с ним. Лицо рыжеволосого бога было искажено ненавистью, пока он смотрел вслед удаляющемуся брату.

– Отец, – почти неслышно прошептал рыжеволосый.

– Да, мой возлюбленный сын, – древний старик появился, казалось, из ниоткуда.

– Хорошо было слышно нашу беседу? – спросил его рыжеволосый.

– Да, – кивнул старик.

 – Почему он так откровенно делится с тобой всеми планами и рассказывает об отвратительных поступках, которые вершит?

– Кто же поверит павшему богу? – усмехнулся сын. – А говорить богу с кем-то да надо. Даже бессмертному тяжело жить, когда окружил себя теми, кто однажды уже сверг своего правителя.

– Доверие – вещь, незнакомая твоему брату, – сокрушенно прошептал Старый бог.

– Что есть, то есть, – согласился с отцом старший сын.

– Думаешь, он поддержит такую рискованную идею? – полюбопытствовал старик.

– Согласится, – усмехнулся рыжеволосый. – Слишком желает властвовать разделяя.

– Час отмщения близок! – вскричал Старый бог.

– Если бы это было так, отец. Если бы, – пробормотал сын. – До отмщения еще очень и очень далеко. Это лишь первый шаг. К счастью, я терпелив и у меня впереди целая вечность.

Рыжеволосый странным нежным жестом погладил застежку своего плаща, словно она была живым существом и могла почувствовать ласку.

2.

 Год 439 от Великого Раскола

Лес заговорил со мной, когда мне было двенадцать. Я знал, что стану вождем, с самого рождения, но услышал лес лишь в свою первую охоту. Даже сейчас я помнил всё так, словно это случилось вчера. Уже не мальчишка, но еще не мужчина, я крался по заснеженному лесу след в след за дедом, пытаясь запомнить всё, что он говорил. А еще больше силился приметить и запечатлеть в памяти то, что он не упоминал вовсе. Осторожность, неспешность, мягкая поступь. Дед двигался, не издавая ни звука.

Я же ломился через лес с таким треском, словно бежало стадо зубров, хотя изо всех сил старался повторять движения деда и на моих ногах были прикопотки[3 - Прикопо?тки – шерстяные чулки или бахилы у северно-сибирских народностей. Их надевают поверх обуви, чтобы передвигаться по снегу более бесшумно.], дабы заглушить скрип снега под неловкими шагами. Как деду удавалось ступать без единого звука в обыкновенной обуви, я понять не мог.