(не) Натурал

Это ты меня сюда пригласила, потому что хотела как обычно за счет меня свою репутацию увеличить, – эти слова легко сорвались с губ и я сделала небольшую паузу. Оценила выражение лица Грейси. Она занервничала и ее гости стали с недоумением переглядываться. Тут меня пробило на откровенность, – все что рассказала Грейси – ложь. Мы даже подругами особо не были.

Не знаю, насколько мое заявление было интересно этой надменной публике, но я больше не хотела молчать. Грейси покрылась пятнами и озверела. Это была сдерживаемая и молчаливая ярость, но каждая черта о ней кричала.

Едва уловимыми жестами она предлагала мне заткнуться, а вот мои подруги оживились. Гости зашептались и атмосфера пропиталась свинцом, но мне стало так легко дышать.

Я снова повернулась к Грейси и сказала то, что давно собиралась:

– Я считаю, что ты фальшивая и лицемерная личность и я сожалею, что мы когда то познакомились и стали общаться. Это были худшие годы моей жизни. Спасибо, что однажды показала свое истинное лицо.

Я прям себя зауважала. Хотела назвать ее «сволочью», но за это меня точно могли по закону оштрафовать. А так я высказала свое оценочное мнение, без использования запрещенных ругательств.

Вики показала мне большой палец вверх, пятен на лице Грейси стало больше. Раскрыв рот, она явно готовилась к ответу, но за нее это сделал ее андроид.

Он все это время стоял в стороне, как и подобает дорогому гаджету, который ни в коем случае не должен затмевать блеска своей хозяйки.

Белокурый и длинноволосый. С очень изящными чертами лица и продолговатыми томными глазами. Специальный эффект дымки, одно время был в тренде, но видимо Грейси иногда любила ретро. Этот андроид демонстративно вздернул носик, несколько раз заторможено хлопнув глазами, произнеся:

– Грейси, она ужасна. Ты можешь ее заминусовать? Она еще менее красива, чем ее ужасное платье. Фи.

Тушите свет. Кто то из гостей хихикнул. О да, это была одна из подруг Грейси. Сама же Грейси сейчас довольно расплылась в улыбке, но тут же вернула на свое лицо маску искусственного сочувствия и недоумения.

– Софи, пожалуйста, не груби моим гостям, – заявила она.

– Чего? Я твоим гостям вообще ничего не говорила. Только тебе.

Было отчего растеряться. Она просто мои слова адресованные ей, приписала всем женщинам вечеринки. Некоторые люди никогда не меняются и спорить бесполезно. Надо уходить пока не поздно и мои подруги уже активно кивали на выход.