Призраки балета

Она влюбилась в него сразу, как только увидела. Так бывает с людьми, но чтобы с городами? Все-таки в городе надо родиться, или прожить часть жизни, или пережить в нем что-то особенное, или быть готовым на эту любовь заранее, как готовы влюбиться в Париж все отправляющиеся туда русские путешественники. А Лиза глянула в иллюминатор – и не смогла отвести глаз. Бело-карминный город, расположившийся на зелено-синих горах вокруг голубого залива, он словно ждал ее все пять тысяч лет своего существования, он улыбался ей, именно и только ей, – и Лиза улыбнулась в ответ и так и стала жить с этой улыбкой.

По утрам она непременно взглядывала в окно.

Вернее, в окна, поскольку они в ее квартире выходили на три стороны, и она обязательно смотрела во все три. С одной стороны было море, его цвет никогда не был одинаковым, а если и бывал, то Лиза успевала забыть когда-то виденный оттенок и радовалась ему как новому. Жаль, нет таланта, к этому окну бы Айвазовского какого-нибудь посадить! С другой стороны, из спальни, был вид на горы, немного уже обжитые и испорченные человеком, но почему-то даже многоэтажки не вызывали у Лизы никакого неприятного чувства.

Они были умело расставлены на этих горах, вписаны в пейзаж так, что не портили его, а по вечерам вспыхивали огнями люстр и фонарей, и гора не пропадала в темноте, а превращалась в какую-то сказочную гору самоцветов.

Из комнаты старшего сына она смотрела на парк и небо. Это было не простое небо – эта часть его располагалась над Гюзельбахче, примыкающим к Измиру пригородом, и Лиза уже знала, что по каким-то неведомым ей законам погода в город приходит оттуда.

Если над Гюзельбахче появлялись облака, следовало брать с собой зонтик, и наоборот, если там виднелся хоть малейший просвет в тучах, значит, скоро прояснится. Ветер при этом, как ни странно, мог быть любым; впрочем, здешний ветер, если уж принимался дуть, дул сразу отовсюду, делая совершенно бесполезными плащи и зонты, опрокидывая легкие стулья на балконах и пригибая к земле тонкие мимозы.

Осмотрев небо, чтобы знать, как одевать детей, она опускала глаза на парк. Он принадлежал не их кооперативу, а местной префектуре, был совсем небольшим, но сколько в нем было цветов, продуманно подстриженных деревьев, аккуратно выложенных дорожек! Каждый день несколько облаченных в желтые плащи рабочих приезжали сюда на специальной машине, что-то подстригали, подметали, причесывали, а в сухое время года обязательно поливали из огромной цистерны.