Разбойничьи Острова

Просьбы остальных, надеялась Дельфина, тоже исполнились хоть частично.

Много позже она узнала, что Теор давно избегает Обрядов и Наэва уговаривал хотя бы от сестренки отказаться. В тот день они едва не подрались. Теор, словно обезумев, ворвался в дом Сагитта, сгреб приятеля железными руками и со всей дури встряхнул:

– Как ты мог! Это же наша Дельфина!

Лавка, на которую он свалил Наэва, заскрипела, серая шерсть туники треснула, а Наэв так и не уразумел, в чем его обвиняют. Для мужчины Островов кощунством было не принять дар, ради которого девы берегут себя так долго.

Он попытался оттолкнуть взбесившегося приятеля – увы, тот был безнадежно сильнее. Слишком унизительно было брыкаться, как зажатая в кулаке мышь, поэтому Наэв решил стоять и пережидать, словно происходящее его не касалось.

– Ты, дитя Алтимара, возомнил себя выше самого Алтимара, – произнес он совершенно спокойно.

Теор почти зарычал:

– Ты и Ану, когда ее время придет, завалишь и возьмешь, как девку регинскую? Это ведь твой единственный шанс ее получить – насильно! Я же знаю, что ты все время только о ней и думаешь!

И снова Наэв ответил спокойно, хоть и с трудом ему это далось:

– Ты сам слышишь, что городишь?!

Малыши Авмиты и Авноры смотрели на них расширенными глазами, самые маленькие – с любопытством, постарше – с недоумением и страхом.

Двойняшки были на стрельбище, их мужья мотыжили землю виноградника, а Сагитт спал так крепко, что зашевелился только сейчас.

– О чем расшумелись, мальчики? – отцу Наэва и в голову не пришло, что это ссора, ведь эти двое даже в детстве не ссорились.

Теор разжал руки, оба вымученно рассмеялись и стали наперебой придумывать, о чем говорили, почему одежда порвана. Да, да, увлеклись шуточной борьбой, Ава надрала бы уши. Сагитт кивнул им и уснул, постанывая и дрожа во сне, хотя любому здоровому человеку было жарко. Весь Берег Чаек понимал, что отец Наэва умирает. Едва слышно Теор прошептал: "Ану я вам не отдам…". С братом встретился взглядом и мотнул головой, давая понять: все, забудем.

А Наэв остался с вечным вопросом: почему против Теора он всегда, словно ребенок.

Старухи отвели Дельфину в Святилище, велели склониться перед идолами всех богов и богинь, страстно молить у них благополучия Островам – Благословенной не откажут в просьбе. А когда Обряды были кончены, ей задали самый главный:

– Ты выросла. Твое тело, сильное и здоровое, не должно оставаться праздным.