Птичья песня

Результат превзошёл ожидания – половина попала в миску вместе со скорлупой, часть оказалась на столешнице, а остатки стекали у меня с руки. Я вытащила самые заметные скорлупки, а мелкие пускай плавают. Знаю, мне тоже придётся это есть, но я готова пожертвовать своим благополучием, чтобы насолить колдуну.

Кстати, о соли! Её вполне можно проигнорировать. Расправившись с яйцами и щедро полив их молоком, я взбила смесь вилкой. На жидкости с прозрачными и жёлтыми вкраплениями образовалась симпатичная пенка, и я вылила плоды своих трудов в сковородку.

Ах да, её вроде полагалось смазать маслом, ну, ничего. Насчёт подогреть заранее я тоже была не уверена. Оно же всё равно нагреется и приготовится, решила я, махнув запиской над плитой, какая разница? Следующими в сковородку полетели кое-как нарезанные помидоры и подвявший лук. Не стоит ли добавить масло сейчас?..

Жидкость запахла омлетом, а затем стала обугливаться по краям, но при этом не желала приобретать нужную консистенцию. Я с сомнением потыкала бурчащую жижу лопаткой и попыталась перевернуть.

Увлёкшись, я на время забыла, что совершенно не хотела готовить. Даже интересно, напоминает игру про ресторан, в которую я играла на лекциях, спрятав телефон под стол.

Другое дело, что игра не воняла горелым, а то бы меня немедленно выгнали из аудитории. Я оставила попытки помочь омлету приготовиться и вывалила его на тарелки как есть. Получилось живописно и разнообразно – тут вам и горелое, и подсохшее, и жидкое. На сковородке остался почерневший слой.

Колдун так и сидел спиной к кухне, уставившись в свой личный кусочек дикого поля на заднем дворе. В высокой траве, росшей вперемешку с молодыми деревцами, чирикали птицы. Надо было позвать Джея, но мне до сих пор не хотелось обращаться к нему по имени. На улице люди обращались друг к другу «господин пекарь», «господин продавец»… Господин колдун? Во-первых, если уж на то пошло, я не видела, чтобы он колдовал после путешествий между мирами. А во-вторых, господин? Ну уж нет!

– Готово, – после некоторых раздумий буркнула я и села ковырять содержимое тарелки, не дожидаясь колдуна.

Тот бросил огрызок яблока в траву, распугав коричневых птичек с красной грудкой.

– Пахнет отвратительно, – сказал он, усаживаясь за стол, – а выглядит ещё хуже.

Ты ещё на вкус не пробовал, дорогой.

Пришлось положить в тарелку кусочек вчерашнего подсохшего хлеба – иначе собрать жижу не представлялось возможным.