Ты – Моё Море

Ты не настолько псих, чтобы… блин, ты же настолько псих! – воскликнула она словно самой себе. – Вадик, я очень тебя прошу, я умоляю тебя, не трогай Егора, – Лора подошла к нему ближе и притронулась к его ладони. Смурная девка. Один удар его кулака в висок ? и ляжет мертвой на свежеуложенном асфальте. Совсем бесстрашная. Или безмозглая. – Пожалуйста, он мне очень дорог, – продолжала упрашивать за мажора, рыжая зараза. – Как друг! Клянусь тебе! – сразу пояснила и даже отгородилась ладошкой, будто присягу принимала.

 – У меня нет друзей, Вадик. Он единственный. Кроме него, у меня вообще никого нет, – напоследок призналась Лора и опустила кудрявую голову. Поникшая и грустная. От Лоры в этот момент разило мучительным тоскливым одиночеством, о котором Вадик Север знал все.

– Хочешь, чтобы я никого не убивал, Лора? – спросил он. Она с трогательной безмолвной мольбой взглянула на Вадика. – Хорошо. Но, право выбора у тебя только на одного.

Так кого мне не трогать, Лора? Егора или Рому? Друг или муж, Рыжик? – издевательски злобно спросил он.

– Ты больной, Вадик, – Лора отшатнулась от него несколько шагов. – Я не буду выбирать.

– Кто-то из них умрет. Не обсуждается. Ты решаешь, кто именно. Сделаю, как скажешь.

– Это безумие! Псих ненормальный! – орала она.

– Егор или Рома? Решай, Рыжик! – давил на нее Вадик, тряся за плечи. Лора мотала головой из стороны в сторону, не желая делать ужасный выбор.

 – Значит, сдохнут оба, – решительно заявил Вадик, развернулся и направился к машине.

– Хрен с тобой, психопат! Егор… не трогай Егора! – со злостью выкрикнула она ему вслед.

– Его выбрала, потому что я Рому пока не нашел? Посчитала, что он в относительной безопасности? Глупо, Лора. Я его найду и прикончу. Клянусь тебе, – заявил он.

– Я тебе тоже клянусь, Северов. Когда у меня появится возможность, я снова сбегу. Даже не сомневайся в этом.

Я все равно от тебя убегу, – процедила сквозь зубы Лора, стрельнула в него взглядом, полным искренней злобы, и села в машину.

Вадик хмыкнул. А он и не сомневался. Ни одной секунды. Однако, как только они стали отъезжать, чертово солнце несмело выглянуло на темном небе. Вадик впервые за адские четыре дня расслабленно улыбнулся.

Он старается. Вадик действительно старается доставить ей удовольствие в интимном плане.