Ты – Моя Вера

 – Феликс, я десять лет ваши бабки отмывал и за границей скрывал. У нас был и до сих пор остается отлично налаженный бизнес. Но если вы тронете хоть кого-то из моего близкого окружения, я вас уничтожу. Всех по одному. Предупреждаю: Анна Монастырская теперь входит в мое близкое окружение.

– По закону, так по закону, – тяжело вздохнул Феликс. – Мне этот завод не нужен, Стас. Но это моя территория.

– А ты уверен, что до сих пор твоя? – усмехнулся Волков. – Что-то я не помню, чтобы без тебя раньше целую семью убирали, – Стас сильно рисковал, подначивая такого как Феликс.

Хотя лицо оппонента было непроницаемым, от олигарха не ускользнуло, что смотрящему по области сильно не нравится сложившаяся ситуация. Волков догадался, что вся эта схема принадлежала не Феликсу. Он лишь исполняет приказ других членов банды. Но кто тогда дергает за ниточки?

– Решение было принято на общей сходке, – увильнул Феликс от прямого ответа. Он врал, то ли прикрывая истинного виновника, то ли свою репутацию.

По его лицу никогда нельзя было точно сказать, о чем он думает.

– Так вот передай на следующей вашей общей сходке: завод Монастырского станет вашим, только если я сдохну, – отрезал Волков. – А учитывая, сколько денег я для вас прячу за бугром, и какие общие дела мы с вами решаем, хорошенько подумайте, что вам важнее. Ваши бабки или моя жизнь и жизнь моих близких, – он резко встал из-за стола и вышел из ресторана.

Когда Волков вернулся в офис, Карен спросил:

– Это Феликс?

– Нет.

Вряд ли, – ответил Стас. – Он никогда не трогал детей. Говорит, на общей сходке было принято решение. Но я ему не верю.

– Сурен, я боюсь ругаться с этими людьми. С ними нужно дружить. У меня семья, дети, мама!

– Их не тронут, – отрезал Волков.

– А с чего ты так уверен?

– Потому что, Карен, все боятся потерять свои сбережения. А если хоть одного из нас обидят, они ни копейки не получат. Они это прекрасно понимают, не идиоты. Поверь мне, теперь ни один волос не упадет с нашей головы.

– Я поспрашивал за Владимира Карповича. Из всех знакомых, кто мог такое провернуть, остается один Минаев.

– Мэру города не разрешили бы такое учудить в одиночку. Если только за ним кто-то стоит из дедов. Надо выяснить кто.

– Феликс?

– Нет, он его терпеть не может. Черт, теперь понятно! – догадался Волков, хлопнул себя по лбу. – Он им на блюдечке прибыльное предприятие принес! Минаева будут пропихивать в кресло губернатора.