Ты – Моя Вера

Во-первых, если бы не Станислав Георгиевич, ее бы вчера убили. Во-вторых, из всех состоятельных и могущественных друзей отца, он единственный, кто протянул руку помощи бедной сироте. Он не заслуживал этих несправедливых слов. Анна хотела было уже извиниться за свой едкий выпад, как услышала громовой бас:

– Светлана Михайловна, добавьте в контракт пункты, о которых так любезно попросила Анна Александровна.

Адвокат вышла из конференц-зала, и Анна с ужасом подумала, что осталась наедине с разъяренным Волковым.

Он оперся на мужественную руку, угрожающе согнувшись над девушкой. От его близости по телу пробежала волна мелких волнующих мурашек, а в нос ударил приятный запах его мускусного? парфюма с легкой кислинкой. Анна уставилась на его длинные пальцы и отчего-то подумала, что его крупная ладонь точно бы справилась с легато в две, а то и три октавы. А так же, вполне могла бы придушить ее в одно мгновение.

– Меня отец просил не менять фамилию после свадьбы, – набравшись смелости, пролепетала она.

 – Я не хотела вас обидеть. Правда. Просто… после всего, что случилось… я… на меня что-то нашло… и мне… я…

– Вы больше никому не верите, – подытожил ее невнятное объяснение, быстро взявший себя в руки Волков.

– Мне страшно, – честно призналась она. – И я не совсем понимаю… зачем вы это делаете? Почему выручаете меня?

– Я мог помочь вашему отцу, но находился за границей. Если бы я никуда не уехал, он был бы жив, – признался Волков, отводя от нее взгляд.

– Вы ни в чем не виноваты, – прошептала Анна, нервно теребя пальцы.

 – Если бы не вы… вчера меня могли убить. Я уверена, что папа был бы вам очень благодарен за то, что вы оказались рядом со мной. И я еще раз прошу прощения, если я вас задела и…

– Анна Александровна, никогда не извиняйтесь за то, что защищаете свои интересы, – перебил Волков, ухмыляясь. – Вы не правы. Ваш отец никогда не был доверчивым. Он был порядочным, но достаточно… упертым партнером.

Олигарх деликатно намекнул, что папин характер зачастую был откровенно скверным, а о его упертости можно было слагать легенды.

Анна улыбнулась. А затем ее плечи опустились, улыбка померкла, а глаза моментально увлажнились.

– Станислав Георгиевич, а вы, правда, их накажете? – спросила она, вглядываясь глазами полными слез в жесткое, но красивое мужское лицо. В этот момент ей показалось, что Волков перестал дышать. Он долго смотрел на нее, не отрываясь, затем медленно перевел взгляд на ее губы.