Доводы нежных чувств

Глава 17

– Что у нас на завтрак, Ада? – за спиной девушки послышался властный командный голос, к которому она уже привыкла. И всё же от неожиданности она немого просыпала содержимое одной из чаш крохотных весов, с которыми работала вот уже полчаса.

– Сейчас, – она бросила на вошедшего кроткий взгляд и устремилась к кастрюле, хватая на ходу тарелку. Не прошло и минуты, как около Виктора, по-хозяйски рассевшегося за кухонным столом, возникла тарелка каши, омлет, салат из свежих овощей и чашка горячего чая.

Всё это Адалин организовала за считанные секунды и мгновенно вернулась к своей работе. Её одновременно смущало и радовало присутствие мужчины, на что указывали маленькие промахи от волнения в работе, коих ранее она себе не позволяла.

– Что делаешь? – окончив трапезу, мужчина подсел к ней слишком близко, как показалось девушке. Она даже ощутила прикосновение его плеча, от чего еле заметно вздрогнула.

– Папа просил расфасовать лекарства, – невозмутимо проговорила она, отсыпая по крупинке какой-то белый порошок из колбы до тех пор, пока чаши весов не сровнялись.

– К чему такая точность? – Виктор хоть и интересовался процессом, но не сводил глаз с лица девушки, что не прибавляло ей уверенности. Тем не менее, отсыпав часть содержимого пробирки, она абсолютно точно отмерила нужное количество с первого раза.

– Это антибиотик, нельзя ошибиться в дозировке.

– Да ну, – протянул Виктор. – Спорим, второй раз у тебя так не получится.

– Даже спорить не буду. Это случайно вышло, – Адалин уже ссыпала отмерянные порции в маленькие плотные конвертики, аккуратно запечатывая их затем.

– Ты себя недооцениваешь, Ада. Давай забьёмся. Или струсила?

Адалин очень строго на него взглянула. При этом от глаз мужчины не ускользнула еле сдерживаемая улыбка на её лице.

– Даже не начинайте. Я не сумасшедшая с вами спорить.

– А что такое? – лицо Виктора приняло невинное выражение насколько это было возможно.

– Вы каждый раз спорите на что-нибудь неприличное и пытаетесь меня спровоцировать. Нет, всё, – она отвернулась. – Не отвлекайте меня, пожалуйста, – только теперь, когда лица её не было видно, она позволила себе улыбнуться.