Учитель

Надо только шарфик какой-нибудь продумать. Теперь побудь здесь, я ненадолго выйду. Похоже, сапоги остались в комнате Клэр. Мне некуда было положить. Если она не занята, я быстро вернусь, – Лили выставила вперёд ладонь, обозначая этим, что у неё всё под контролем, после чего поспешила на выход.

Когда дверь за ней хлопнула, Кристина повернулась к зеркалу. Мать по понятным причинам редко баловала её обновками. Сама же Кристина вовсе не имела дохода, а потому не могла позволить себе купить что-то дороже набора пишущих принадлежностей.

Теперь же, стоя посреди комнаты в красивом жакете, девушка была счастлива. Ей, как и всем, хотелось хорошо одеваться, ловить на себе заинтересованные взгляды, иметь возможность заменить изношенную вещь, а не латать в ней дырки. Но она никогда не жаловалась, ведь это ничего бы не изменило, а только расстроило бы мать.

Спустя несколько минут, входная дверь скрипнула. Будучи убеждённой в том, что Лили вернулась, Кристина отошла от зеркала, заглядывая в дверной проём.

На губах её при этом сияла нежная улыбка. Улыбка эта быстро сменилась испугом, когда девушка поняла, кто пришёл.

Сомнений не оставалось. Облик человека, в котором сквозили одновременно нетерпение и лёгкое смущение, выдавал в нём клиента публичного дома. Завидев Кристину, он замер с задумчивым видом. То был мужчина средних лет с довольно крупным носом и под стать ему большими карими глазами, с густыми усами, почти полностью закрывавшими рот. Костюм выдавал в нём мелкого клерка, возможно, бухгалтера или статиста, а душок, заполонивший комнату при его появлении – завсегдатая питейных заведений.

Мужчина очнулся первым. Он приветливо улыбнулся, потирая пальцами усы и не отводя взгляда от юной барышни, завёл разговор:

– Добрый день, – он явно оживился, не ожидая такого сюрприза и надеялся, что не останется разочарован. – Вы сегодня вместо Лили?

Кристина опомнилась. Она открыла было рот, но в ту же секунду поняла, что не знает, что сказать. Объяснять этому типу, что произошло недоразумение, что Лили вышла и сейчас придёт было как-то глупо.

Да и выбеги она в коридор, её бы увидели и, возможно, полезли с вопросами, которые добавили бы сложностей маме. Потому девушка продолжала стоять истуканом с открытым ртом, пока наконец не собралась с мыслями.

– Лили скоро будет, – коротко ответила она. – Я её дальняя родственница, зашла по делу. – Внутри всё сжалось от необходимости снова врать и изворачиваться.