Атлантика

Назад этих парней никто возвращать не станет, слишком дорогое удовольствие.

– Цинично, – заметил Денис.

– Как есть. Но ты – другое дело.

Происходящее все больше смахивало на дурной сон.

– Послушай, – сказал Денис, и в его голосе прозвучало раздражение, смешанное со страхом. – Я не понимаю, для чего все это. Зачем я понадобился «Барракудам», чего вы хотите? И что во мне такого особенного? Я не умею воевать, никого не убивал, даже не охотился. Стрелял только в компьютерных играх. А вы тут с монстрами из глубины воюете, типа того.

Я для этого не приспособлен.

– Дружище, – в голосе Фишера прозвучали зловещие нотки. – Ты и представить себе не можешь, насколько приспособлен.

На мгновение Денису почудилось, что тьма за окном шевелится.

– Слышал о нейросовместимости?

Нет, Денис об этом не слышал.

– Так вот, – вкрадчиво произнес собеседник. – У тебя этот параметр равен единице. Идеально.

Денис встал.

– Я хочу домой.

– Конечно.

Неуловимое движение – Денис его даже заметить не успел.

Плечо пронзила боль. Покосившись влево, Денис увидел инъектор. Большой палец Фишера утопил пластиковый поршень, и нечто проникло в тело рекрута.

Уютное тепло.

Реальность растворилась в мощной волне эйфории.

Глава 18

Судовой лазарет состоял из нескольких смежных помещений, каждое из которых вызывало приступы клаустрофобии. Гладкие переборки, серый потолок, однообразное попискивание приборов. Сон перемешался с явью, Денис перестал отличать иллюзию от вымысла.

В голове клубилась тьма, из которой периодически выплывали обрывки воспоминаний. Некое слияние, контакт с чем-то чужеродным, механическим. Волны боли, странных видений, потоки информации, вливающиеся в мозг.

Телеметрия?

Словно отслеживаешь учащенный машинный пульс. Вот только машина – это часть тебя. Сложно очертить грани, вычленить свое эго из невообразимого ментального гибрида.

Череда провалов в памяти.

И снова – лазарет. Слабость, жесткая койка, катетеры от капельниц… Всякая дрянь, вросшая в тело.

Окружающее расслаивается, плывет.

Или это корабль?

Я на корабле, вспомнил Денис. Точнее – на модуле. Да, точно. Переделанный авианосец «Бешеных Барракуд».

Что ты здесь делаешь?

Снова – череда провалов. Рядом появляются какие-то люди в белом, тихо переговариваются, задумчиво смотрят в планшеты и уходят. Иногда ему что-то вкалывают. Денис вновь проваливается в сон.

Ощущение инородного.

С ним что-то сделали. Тело изменилось.