Предельные Чертоги

Свист клинков, треск вспарываемой одежды. Хруст суставов. Крики.

Девочка обернулась, вспомнив о втором конце проулка.

Вовремя.

К ней бежали двое разбойников. Один размахивал коротким мечом, второй занес над головой моргенштерн. Живые тени соскальзывали на мостовую по водосточным трубам.

Защити меня!

Призыв был обращен к Хруму. Девочка еще не умела отдавать четкие приказы и действовать сообразно обстановке. Навсикаю этому не научили. Все, что ей оставалось делать – просить.

Хрум открыл пасть.

Вопль прозвучал где-то за пределами человеческого восприятия. Звук, превратившийся в ударную волну. Сметающий все на своем пути. Близко расположенные стены проулка помешали волне рассеяться. Тьма сдвинулась, фигурки людей подхватило чудовищным ветром и унесло прочь.

Навсикая плохо видела в темноте и не смогла оценить ущерб, нанесенный грабителям. Тела нападавших срослись с ночью на пределе обозримого пространства. Никто из бандитов не поднялся.

– Хорошо, – похвалил Антоний.

Девочка медленно развернулась. Келар спокойно взирал на поле битвы, протирая окровавленные шипы куском чьей-то рубахи. Мостовую устилали трупы – их было не меньше семи. В тусклом свете звезд Навсикая увидела расплывающиеся черные лужи.

С тихим шелестом в подошвы Антония втянулись клинки. Навсикая поняла, что брат Внутреннего Круга не использовал традиционные ножи. Вообще.

В сердце прокрался страх.

Юная ученица впервые столкнулась со смертью вот так, лицом к лицу.

Тренировки на террасах долгое время казались забавной игрой, но теперь все обрело смысл.

Если бы не Антоний с Хрумом, она погибла бы. Бандиты не собирались никого щадить. Они расправились бы с мастером и его учеником, прирезали бы рлока. Человеческая жизнь ничего для них не значила.

Просто они не смогли.

Ты или тебя.

Интересно, она сможет вот так взять, достать ножи и начать убивать? При одной мысли об этом становилось жутко.

Ночь затапливала трордорский проулок кровью, звездами и лунным сиянием.

Антоний прислонился к стене, его поза выражала полное безразличие к происходящему. А Навсикаю парализовало. Девочка не могла сдвинуться с места, переживая случившееся. Перед ее мысленным взором стояли разверстая пасть рлока и сминаемые акустическим ударом силуэты. Приторно-сладковатый запах пробирался в ноздри. Сюда же примешивались нотки испражнений.

– Идем, – сказал Антоний. – Поздно уже.