Преступная гардеробщица

Надя осторожно заглянула внутрь – что ж это такое? – ворох чего-то мятого, как из размокшего картона.

— Не стесняйтесь!

— Что это?!

— Мороженые стаканчики, – с гордостью, будто всем другим следует загордиться тоже.

Так это… вафельные останки мороженого, которое кто-то выел изнутри, а кожурки оставил?

— Чего ты? Это у нас в верхнем буфете посетителям продают только начинку в вазочках – стаканчики остаются, они чистые.

И несколько гардеробщиц и две контролёрши, окружив коробку, стали выуживать из неё чистые, но раскисшие мороженые ошмётки.

О богатстве театра для детей и молодёжи ходили легенды. Гибкая его дирекция была вхожа в нужные кабинеты, а кроме того, водила шашни с заграницей, и получается, помогало. Другим городским театрам такое и не снилось. Роскошные декорации, как в старину, костюмы, выплата жалования, наконец. Ясно, бонанза снисходила далеко не на всех и далеко не в равных пропорциях.

— У них тут своё ККЗ – Королевство Кривых Зеркал, со своими придворными и рабами. – шёпотом комментировала Анна.

– Да ладно, рабами… – подсмеивается Надежда. – Скажи-ка лучше, а кто за садами ухаживает?

— Как кто? Садовник. На ставке.

— Да? Что-то я его ни разу не видела.

Администрация не щадила сил, чтобы работа не тяготила подчинённых однообразием. Стоило только потоку сдающих одежду иссякнуть, тут как тут гардеробному народу являлся главный администратор с несмываемой служебной улыбкой: будто одаривая ценными призами, оставлял на барьере возле Ани и Нади по довольно высокой горке.

Всезнающая Аня пояснила: это билеты, на каждом из которых надо было написать места – четко и разборчиво от руки, и проштамповать дату – тугой пружинной гильотиной. Сама она не опускалась – лишь под старательным нажимом. Надиных рук не хватало – налегала всем туловищем. И ничего, не дай бог, не перепутать! И об отдыхе забыть: готовую стопку сдать и получить следующую…

После некоторой тренировки Надежда научилась делать эту работу во сне, но как-то Аня обмолвилась, что за билеты получает доплату… административный отдел.

Она знала ещё и не то: про существование ставки-фантома, пятой по счету в гардеробе. На ней числились ещё две гардеробщицы-подружки – по совместительству, сверх своих законных ставок. Девушками их назвать… молодые особы.