Ботаники не сдаются

– Прив-вет! – постаралась, чтобы моя улыбка ослепила его так же ярко, как улыбка доктора Ливси – капитана Флинта. – А вот и я!

Воробышек оторопел и остановился.

Судя по тому, как озадаченно он уставился на мои зубы – с улыбкой я точно переборщила, все-таки не на приеме у дантиста. Так что яркость пришлось притушить, покашляв в кулачок: кхе-кхе!

– И кто это – ты? Что все это значит? – холодно спросил.

– Как кто? – я очень натурально удивилась. – Катя Уфимцева, конечно!

Ванька сошел с места, явно собираясь меня обойти, но не тут-то было.

– Слушай, разве мы знакомы? – поднял он темную бровь не без раздражения.

– Ну, в некоторой степени да, – я с готовностью кивнула. – Если ты еще не догадался, то это именно меня ты позавчера спас у фонтана в «Трех китах». Я убегала от страшного дога, а ты героически принял удар на себя!

И неважно, что на самом деле это я летела за страшным догом на роликах. Когда красавчик Воробышек на видео снова и снова падает в фонтан, кто будет обращать внимание на подобную мелочь?!

Вот теперь Воробышек остановился.

– Так это была ты? Та ненормальная мартышка – ты?! Черт! – выдохнул. – Ты же меня чуть не утопила!

Чего?! Я нахмурилась. Вот мартышкой меня еще никто не называл! Так мы что, оказывается, животных не любим? Хм! Так и запишем в блокнот для анамнеза: познакомить с Сёмой!

Но на деле постаралась улыбнуться.

– Я! Прости, что убежала, но я так испугалась! – моргнула в точности, как Лялька, когда впервые увидела фото Мэрилина Мэнсона – оторопело-восхищенно.

Одна секунда. Две. Три…

Вы знаете, что у обычных людей, встречающих в толпе незнакомое лицо, внимание на нем задерживается максимум секунды на три, пока полностью не рассеется. И только четвертая секунда определяет: заинтересовал ли вас человек. И вот это первое, цепкое внимание, когда человек врезается в память, зачастую вернуть невозможно. Но я не зря бежала по улице, замерзнув как сосулька, и не просто так прыгала в фонтан.

Четыре секунды. Есть!

Воробышек отсканировал мою внешность и задержал на лице взгляд. Ему было интересно. Отлично!

Пять секунд. Интерес пропал.

И все же, не таким уж грубияном оказался Иван, чтобы избавиться от меня. Как бы ему ни хотелось уйти, он все-таки сказал:

– Ладно. Я рад, что с тобой все в порядке, э-э…

– Катя! – я не постеснялась напомнить.