Она любила убийцу

Он улыбался, скользя по мне довольным взглядом.

– А как бы ты представил меня своей матери, с которой не общался несколько месяцев?

– Моя мама умерла. – Его взгляд вдруг стал серьёзным, а руки соскользнули с моих плеч.

– Прости… – сглотнула я.

– Я принесу нам кофе.

Максим отошёл.

Пока он ходил за кофе, медсестра проводила меня к палате мамы. Но я стояла возле дверей, так и не решаясь войти, заламывая от волнения пальцы на руках и расхаживая по тёмному коридору из стороны в сторону.

Увидела, как Максим идёт мне навстречу, и остановилась в нескольких шагах от него. Он протянул мне кофе.

– Спасибо, – виновато улыбнулась ему.

– Она у тебя есть, и ты всё ещё можешь поговорить с ней, – Максим протянул мне свободную руку, и я прильнула к нему.

– Я просто не готова…

– Возьми недельку отгулов и побудь с ней.

– Я только закончила стажировку, а уже успела побывать на больничном, а теперь ещё и отгулы… Что на это скажет мой босс? – посмотрела на него снизу вверх.

– Думаю, он будет не против, – Максим поцеловал меня в макушку.

Я ещё не понимала, что происходит между нами, но мне это нравилось. Хоть и развивалось всё быстро, я уже успела привыкнуть к его объятиям.

– Хочешь, зайду с тобой? – Максим всё ещё обнимал меня.

– Так не терпится познакомиться с матерью своей… – я осеклась.

– Девушки? – продолжил за меня он.

– Пусть будет так, – выдохнула я и отстранилась. Сделала глоток кофе и сморщилась: – Самый невкусный кофе, который я когда-либо пробовала!

Максим усмехнулся и забрал у меня стакан.

– Если что, я буду здесь.

Я поднялась на носочки и поцеловала его. Он не ожидал этого, но ответил на мой поцелуй, приобнимая за талию.

– Спасибо, – прошептала я, оторвавшись от губ Максима, и зашла в палату прежде, чем он успел что-то сказать.

Мама лежала с закрытыми глазами, правая нога от ступни до пояса была в гипсе. Я на мгновение замерла у двери: не такой я запомнила её.

Она как будто постарела за короткий срок нашей разлуки, хоть ей ещё не было и пятидесяти. Её густые рыжие пряди поредели и были разбавлены седыми. Под глазами и над верхней губой стало больше морщин.

Я подошла ближе и погладила её ладонь, на которой виднелись синие ручейки вен, а в них торчали иголки от капельниц. Мама открыла глаза.

– Рита… – выдохнула она, а в уголках глаз собрались слезинки.

Я ничего не смогла ответить, в горле стоял ком.