Призраки прошлого

– Тебе безопаснее быть на земле, – это было сказано тоном, которому мне не захотелось перечить.

Я молча наблюдала, как он поднялся до самого верха, просунул руку в открытое углубление, и как изменилось его лицо, когда его рука на что-то наткнулась.

Я испуганно вжалась спиной в холодную стену:

– Они… там?

– Кажется, там действительно что-то есть, – он вытянул из чёрной дыры что-то увесистое и поднёс к свету.

Это была стопка старых потрёпанных тетрадей, перевязанных вместе бечёвкой.

Виктор спустился с лестницы.

Я подскочила к нему и выхватила из рук находку.

– Мне хочется спросить, как поиски завели тебя туда, но я боюсь твоего ответа.

– Айви подсказала, – спокойно сказала я. Мой взгляд был прикован к дневникам.

Виктор оставил меня на ночь одну в их с мамой спальне, хоть ему это далось с трудом – он тоже хотел узнать тайны Дианы. Я пообещала, что всё расскажу утром.

Конечно же, я не спала всю ночь, листая страницы старых тетрадей. Казалось, они принадлежали маме: многое было написано её почерком.

Но некоторые страницы были не её авторства. Часть из написанного я не понимала, часть повергла меня в ужас.

Теперь я сомневалась, что исполню обещание, данное Виктору. Пусть хоть у кого-то из нас останутся хорошие воспоминания о Диане…

«Никогда бы не подумала, что смогу убить своего ребёнка. Это звучит так ужасно… Но чтобы сохранить свою семью, я обязана пойти на это. Я знаю».

Это было первое, что мама записала в дневник. До этого я пролистывала старые мятые страницы с непонятными мне текстами.

Я даже не представляла, на каком языке это было написано. И как яркая вспышка – абзац, вписанный маминой рукой. Мои руки, вместе с дневниками в них, задрожали.

Айви не заставила себя долго ждать. Присела рядом, мрачно посмотрев на тетради.

– Это же неправда? – Мой голос прозвучал неуверенно.

– Правда, – тихо ответила она.

– Ты… ребёнок Дианы, которого она убила?

Айви не ответила, лишь взглядом указала на дневники.

Я продолжила читать.

«Того ли ребёнка я убила? Кажется, я совершила ошибку. За которую поплачусь своей жизнью».

После следующих строк дрожали не только руки. Я вся дрожала, как лист, который вот-вот сорвётся с ветки от сильного ветра. Только в комнате не было ни дуновения. Казалось, мир вокруг замер.

Первым моим порывом было сжечь этот бред. Я перевернула на самую последнюю страницу: «Я больше так не могу! Она забирает его у меня!»

И всё. Ни слова больше.