Белая колбаса любви

Если честно, ничего толкового сообщить следствию я не могла, а соваться со своими мыслями остерегалась. Недоброжелатели и так вовсю распускали слух о том, что я сама «заказала» мужа, чтобы прибрать к рукам денежки и счастливо жить без этого олуха. И это мне еще повезло, что в это время я как раз была у мамы в Испании.

На мой взгляд, поверить в мою причастность к смерти мужа мог лишь придурок. Со стороны мы были просто образцовой парой. Конечно, не буду кривить душой, Борьку я не любила, но и от его кончины ничего не выиграла.

Мы прекрасно уживались, причем каждый был занят свои делом: Борька проворачивал свои колбасные махинации, я же попробовала вести хозяйство, но в итоге заскучала и наняла домработницу. Борис днями работал, вечерами развлекался, возвращался домой ближе к ночи. По слухам, у него было даже две любовницы. Я не возражала, потому что развлекаться в казино и ночных клубах не любила, предпочитая активные виды спорта, отдых на природе и чтение. Став богатой, я маялась от безделья, ходила на теннис, в бассейн, по спа-салонам, тратила деньги в свое удовольствие. Даже прикупила небольшую виллу в Испании, где сразу же водворилась хозяйкой мамуля. Борис мамулю не терпел, поэтому ездить в Испанию категорически отказывался. Но так как к спокойной и сытой жизни я была непривычна, то от скуки заделалась писателем женских романов. За плечами был родной журфак, в душе – тоска по большой несбывшейся любви, а в голове – ветер и неуемная фантазия. Все это вылилось в первый женский роман с неоригинальным названием «Летняя симфония для контрабаса», который с Борькиной подачи опубликовали в одном крупном столичном издательстве. Неожиданно для себя и окружающих я стала в меру популярным автором, выдававшим по несколько книжек в год. Конечно, чтиво было так себе, на троечку, но домохозяйки и бабушки в очередях к врачу исправно читали мои опусы, а большего мне было и грех желать. Я не мнила себя Достоевским, ненавидела Мураками и Коэльо, реально оценивала свои возможности и потребности публики, исправно выдавала материал и считала себя вполне счастливым человеком.

Муж на мои увлечения смотрел снисходительно, пару раз прозрачно намекая, что не худо бы и о детях подумать. Наша семья представлялась ему так: тихая улыбчивая жена спокойно варит борщи, а многочисленные детишки и сам Борис (в свободное от работы и развлечений время) эти самые борщи потребляют.