Голова в бегах

Я пожала плечами, а Марья продолжила:

– Да и странный он какой-то. Вроде Олей меня называл. Белочка, видимо. Помнишь, как дед наш бабулю Кармелитой по пьяни величал, прости Господи. А этот за ноги мне цеплялся, на своих-то не стоял, все за мою сумку хватался. Бедолага. Вроде симпатичный такой, я кучерявых страсть как люблю.

– И когда ты успела его рассмотреть? – хмыкнула я. – Не спер хоть ничего? А то, как всегда, без паспорта останешься. Может, вы и номерами теелфоно обменялись?

– Да нет, он что-то бормотал, типа «меня убьют…».

Кого он имел в виду? Своих дружков?

– Скорее всего, он имел в виду спиртные напитки или наркоту. Они его и убьют, если не перестанет злоупотреблять. И нам бы не мешало завязать. Башка до сих пор трещит.

– И все-таки как-то он странно выглядел. Словно били его, что ли? Вывалился из двери мне под ноги, пока те бегали вперед. Может, они его в заложники взяли? – принялась фантазировать сестрица.

– Не начинай, а? И так тошно. Едут три дружка отдыхать, может, по пьяному делу наваляли друг другу.

А потом помирятся и будут песни под гитару орать. Дался тебе этот кучерявый. Денег куры не клюют, вот они и пьют без памяти. Может, он вообще под наркотой.

Тут мои размышлизмы пришлось прервать, потому что из багажника внезапно раздался протяжный вой. Мы подскочили, облившись кофе из стаканчиков, а я даже помянула черта.

– Это что? – испуганно спросила сестрица и повертела головой. – Колодки?

– Голосок больно знакомый.

– Валерка спрятался в багажнике? – пошутила Маня.

– Что-то мне подсказывает, что это Санек, – хмуро ответила я, открывая дверь и направляясь к багажнику.

Открыв его, я смогла лицезреть своего кота, который с недовольством взирал на меня из корзины с провизией. Чихнув, он выпрыгнул на проезжую часть, но я ловко перехватила его поперек живота и направилась в кабину.

– Полюбуйся на этого жулика, – чуть не плача, пожаловалась я сестрице. – Как он умудрился попасть в багажник?

– Наверное, запрыгнул, когда мы на даче пакеты с провизией грузили.

Наелся котлет у тетки и дрых без задних ног. А сейчас проголодался.

– И что с ним делать? Не везти же с собой? Придется возвращаться, – заныла я, представив весь путь назад.

– Возвращаться плохая примета, – пропела Маня, отламывая Саньке кусок курицы. – Поедет с нами. В тесноте, да не в обиде. Опять же, какая-никакая защита. Да, кот?

Тут стоявшие впереди машины пришли в движение: Лендкрузер, зарычав мотором, нервно дернулся вперед.