Обреченные на грех

Она будто окунулась в невыразимо-приятное тепло. С силой прижав голову Игоря к груди, Анжела издала звук, какой издает львица, почувствовавшая зубы своего самца-повелителя на загривке. Она с силой прижала голову парня к груди. Едва не задохнувшись, Игорь с усилием вырвался из этих любовных тисков.

Анжела запрокинула голову. Игорь, уже не сдерживаясь, как безумный набросился на груди, покрывая их поцелуями, покусывая соски и сжимая нетерпеливыми от страсти, пальцами. Извиваясь не то от боли, не то от судорог, пронизывающих ее тело, Анжела была не силах удержать крики наслаждения.

Первобытная музыка этих гортанных звуков пробудила в Игоре самое древнее чувство – инстинкт обладания самкой.

Он жаждал еще одной любострастной утехи. Желание этого действа стремительно нарастало с каждым криком Анжелы. Он страстно хотел, чтобы то отверстие, которое трубным гласом пробуждает в нем зверя, усладило его изнемогший от напряжения член.

Игорь резко перевернулся на спину. Преодолевая жгучее желание насадить со всей силой ротик девушки на разбухший орган любви, он медленно приблизил ее голову к члену.

Анжела расширенными глазами смотрела на это изуверское орудие любовной пытки. Она понимала, что будет. Ей стало страшно. Но зов инстинкта оказался непреодолим.

Анжела осторожно надвинула губки на член. Она медленно смаковала каждый миллиметр этого символа наслаждения. Анжела чувствовала, как пульсирует жаркая кровь по его мощному стволу. Продвигаясь глубже, она все сильнее сжимала колечко губ.

И когда стало совсем невыносимым ощущение ее плотной близости, Игорь застонал, протяжно и долго. Он оттолкнул Анжелу. Его член стремительно выбросил протуберанец тяжелой, матово-белой субстанции. Она падала на грудь и лицо Анжелы длинными тяжами, оставаясь на них большими полупрозрачными островами.

Рыкнув, Игорь подтащил девушку. Впившись в ее алые, пухлые губки, он неистово всасывал эти лепестки желания, только что давшие ему возможность пролететь над райскими кущами.

Анжела отвечала Игорю тем же. Теребя пальчиками, она ласкала восставший до пределов могучий жезл его члена.

Спазм страсти молнией пронизал его тело сверху донизу. Его корчили конвульсии желания. Он изо всех сил сопротивлялся позыву самца истерзать лежащее рядом нежное, трепетное девичье тело. Его одолевало желание ворваться в распростертое перед ним тело со всей мощью первобытного инстинкта. Рвать, ломать и изгибать в сексуальном экстазе слабую девичью плоть.