Жена моего брата

Дома паркуюсь рядом с машиной брата. Он обожает свою тачку. И сейчас она тоже вся вылизана до блеска. Подхожу к капоту и отламываю хромированную фигурку на нём. В последнее мгновение рука срывается. Режусь об острый край скола. В доме прислушиваюсь. Голоса из столовой.

– Да я хоть завтра готов жениться, отец. Она красотка!

От ревности кровь вскипает.

– Добрый вечер, – захожу я.

Пожимаю руку молчаливому отцу. Присаживаюсь напротив Родиона. Вытираю салфеткой от крови и кладу перед ним фигурку.

– Я хочу, чтобы меня слышали Родион, – вдыхаю поглубже.

 – У тебя с этим проблемы. Уверен, это поможет тебе сосредоточиться.

– Ты чо?? – поднимает на меня ошалевший взгляд.

Сдергивая со стола еще одну белоснежную салфетку, обматываю палец.

– Финиш! Нахрена?! Пап?! Что за беспредел он творит?!

Отец молча и безэмоционально наблюдает за нами.

– Нет у меня проблем!! – рявкает он, психованно подскакивая с места. – Я тебя очень внимательно слушаю, брат!

– Осядь…

Послушно падает на стул, обиженно пялясь на фигурку.

– Если я что-то делаю, Родион, я хочу, чтобы мне не мешали.

– Ты из-за букета что ли?! – закатывает он глаза. – Ну извини! Ты же сам велел произвести впечатление!

– Не за мой счет, – тихо рявкаю я. – Усвоил?

– Ладно… – забирает фигурку со стола и сваливает.

Встречаемся взглядами с отцом.

– Как наш инвестор? – строго смотрит он на меня.

– Не прост.

– Через три недели наш алюминий на границе поменяет статус на конфискат.

И выкупить его будет сложнее и дороже.

– Я понимаю.

– Если ты понимаешь, дай мне результат.

– Работаю над этим.

– Поторопись.

Глава 4

Ревность

Спокойно, Черкасов, спокойно… Уговариваю себя, глядя в стену напротив. Кровь курсирует в моих венах, как-то по-особенному неприятно и вязко закручиваясь в груди. Потому что в парк аттракционов Злата поехала с Родионом.

Очень сложно принять, что мечту женщины, к которой ты неравнодушен исполняешь не ты. Очень.

Потому что, там лежат её эмоции, которые подаришь ей не ты, и съешь их тоже не ты. А я очень хотел бы пировать ни с кем этого не разделяя. И теперь со мной происходит какая-то дичь. Я не могу ни о чем другом думать, я не могу работать. Я просто завис на этом гребанном выворачивающем душу ощущении.

Если бы у меня была такая власть, я бы сейчас закрыл этот парк к чёртовой матери. Потому что второй возможности первый раз привести её на аттракционы не будет.