Топографический кретин

 – Занимайте очередь!

– Расслабься, Гризли, нетрудоспособность нам теперь сама собой обеспечена, – мрачно сказал Лёнька Гельман, глядя в сторону рощи. – И не факт ещё, что временная.

Из-за хилых деревьев на лужайку выходила могучая группа.

Когда Фрэн был ещё ребёнком Яшей, он очень любил «Книгу будущих командиров» и знал, что в древности такая воинская формация называлась фалангой. У этих, правда, не было шлемов с конскими гребнями, больших прямоугольных щитов и коротких широких мечей, но зато были такие лица, что от них в панике бежали бы даже самые свирепые карфагеняне.

И этих было много. Очень много.

– Ну просто парад победы, – грустно сказал Кит и оглянулся. Бежать было некуда: фаланга обступила со всех сторон.

– Щас будет вам парад, – пообещал кто-то из когорты.

На этом переговоры прекратились, орало уступило мечу. Защищавшимся объясняться членораздельно мешали ладони, которыми надо было прикрываться сначала от кулачных, а потом и от ботиночных ударов.

Били долго, точно, больно, но не без понятия: когда у злобно рычащего Медведя из рассечённой брови пошла кровь, расступились. Помогли подняться Фрэну, на каждой руке и каждой ноге которого перед этим сидело по агрессору – чтоб не дёргался под каким-то толстяком, который прыгал задницей у него на животе и при этом отдавал распоряжения остальным. Встал и сам жиртрест, деловито стряхнул траву со своего школьного костюма, осмотрел поле битвы и сказал:

– Ну вот, теперь будете знать, троечники вонючие.

– Чё знать-то? – уточнил Мело.

– Почему троечники? – обиделся отличник Гельман.

– Потому что ваша козлячья школа – номер три, вот почему! – издевательски, как дебилу, объяснил толстый.

– Это васа уродская ськола, мозет, номер три, – просвистел Шуцык. Его риторическое искусство, похоже, пострадало от недостатка минимум одного переднего зуба. – А нас свинюсьник – номер один. Понял ты, цьмосьник?

– И мы не троечники! – припечатал Кит.

Толстый, дёрнувшись было на «чмошника», замер, смутившись.

– Так вы, что ли, не с этой… не с третьей школы?

– Сам ты с третьей. А мы с первой, тебе русским языком бакланят.

Толстый оглянулся на своих; они тоже стояли как пришибленные.

– Ребя, вы это… Извините, короче… Мы тут трёшников караулили… Быканули, в общем… Фигово получилось…

И легион быстро, как и появился, вмаршировал обратно в рощу.