Турнир самоубийц

Врезался в стену, чудом не задев чучела, упал на пол, немного покрутился на месте и замер. Раздался щелчок, из цилиндра с шипением стал выходить газ.

– …опасность.

Дверь рухнула под градом ударов. В прихожую ввалились друг за другом четверо вооруженных до зубов громил в противогазах и бронекостюмах с кислородными баллонами за спиной. На груди каждого вновь прибывшего нашивка с эмблемой в виде лотоматона – символа спецслужбы Департамента профпригодности.

Инкогнитус, что едва пришел в себя, свалился без чувств.

Ульрик задержал дыхание и бросился прочь, но сразу два сотрудника спецслужбы повисли на нем мертвым грузом. Агенты с пыхтеньем выламывали руки, пытаясь завернуть локти за спину.

Не тут-то было.

Ульрик повел плечом, с виду легко, но гориллоподобный агент вмиг отлетел к стене. Стянул освободившейся рукой противогаз со второго и врезал головой в лицо. Кинулся на кухню, но там поджидали трое. Вломились через окно и устроили западню. Короткий удар прикладом винтовки в солнечное сплетение, и Ульрик свалился на пол.

…Его схватили за волосы и потащили. В прихожей Ульрик мельком увидел бившегося в конвульсиях Инкогнитуса. Бледная Джен закрывала нос и рот платком. Испуганной она не выглядела, скорее злой. Подумалось: «Ну вот и все».

* * *

Ульрика приволокли в гостиную и усадили в кресло перед телетранслятором.

– Добрый день, – ядовито улыбнулась с экрана Белинда. – Рада вас видеть.

Рядом с Белиндой сидели еще двое – лысеющий тип в твидовом пиджаке, что постоянно снимал, а после вновь надевал очки, и хмурый господин в костюме-тройке, с черной щеточкой усов на непроницаемом лице.

В гостиную набилось с десяток агентов, все в бронекостюмах. Воздух здесь тоже был отравлен, хотя и не так сильно. Ульрика это мало заботило: дышать после удара в грудь он все равно не мог.

– Я предупреждала, что этим кончится, но вы меня не послушали, – наставительно произнесла Белинда. – И вот результат.

Вы сами во всем виноваты!

Ульрика деловито обыскали. Агент выложил на стол перед телетранслятором часы на цепочке, смятую бирку участника Турнира Самоубийц и звуконепроницаемый футляр. Последний он открыл, дабы извлечь неприятностиметр, и Ульрик заранее поморщился, ожидая, что надоедливый писк возобновится. Устройство тем не менее хранило угрюмое молчание.

Одного агента вырвало на ковер. Того самого, с которого Ульрик стащил противогаз.