Княжич

Сословные границы оставались размытыми и проходимыми, а сама Русь еще не успела напитаться монголо-китайским деспотизмом и чинопочитанием. Русь все еще оставалась страной неограниченных возможностей. К примеру, чтобы не быть голословным, крестьянин, переехав в город, мог легко стать ремесленником (жестких цеховых гильдий не существовало), начать торговать и со временем превратиться в купца; начав изучать воинское искусство, мог со временем попасть в княжью дружину, выслужиться перед князем, проявить себя и превратиться в боярина, с земельной вотчиной.

Конечно, за одно поколение из деревенского смерда превратиться в боярина сложно, но теоретически все же возможно, но уж за два-три поколения – вполне осуществимо!

В перерывах между своими «забавами» я внимательно и с большим интересом слушал отца своего физического тела Изяслава Мстиславича. Князь, при каждой выпадавшей у него свободной минуте, продолжал настойчиво просвещать своего «запамятовавшего» сына о социально-политической жизни Смоленского княжества, да и Руси в целом, в первой трети XIII века.

– Отец, так как же получилось, что Святослав Мстиславич Полоцкий сумел Смоленск захватить? – спросил я.

– Предательство, сыне, смоленские бояре, – он начал перечислять имена изменников, – крысиные хвосты, открыли ворота окольного города дружине Святослава. А с такой воинской силой Святославу ничего не стоило заручиться поддержкой своих неправедных действий на городском вече. В итоге смоленское вече меня изгнало, выбрав себе нового полоцкого князя.

А теперь все они плачут, что сила Смоленска стала в Полоцк уходить. Во главу угла при всех решениях полоцкий князь в первую очередь своих, полоцких бояр да купцов ставит.

– А вообще, на вечевые сборы собираются все вольные мужчины – горожане?

– Только главы семейств могут голосовать! Взрослые, но не отделившиеся сыновья в вече не участвуют.

– Понятно с этим. А те бояре, что к нам иногда заезжают, – перебежчики? – уточнил я.

– Не все, но многие, – подтвердил Изяслав Мстиславич.

 – Начинают прозревать, что не на того скакуна они сели! Если так дальше пойдет, то Смоленск из столичного града скоро превратится в удельный полоцкий городок – вроде Витебска. А глад и мор, что напал на город, только этому в еще большей мере способствуют. Население городское уже в два-три раза сократилось, и люди стали задумываться о том, что их покарал Господь Бог за их вероломное предательство. Хотя мизинных людей тут по большому счету винить нечего.