Повесть Января

Вот вроде невесть откуда у тебя дома появился черт знает кто, глаза у него горят, рука как из резины, а мне – хоть бы что! Совсем не испугался.

– Но сны ты видишь страшные теперь. Значит – испугался.

– Разве можно испугаться и не понять, что испугался?

– Можно. А бутерброды вкусные у тебя, ты сам тоже поешь.

Я улыбнулся.

– Спасибо за заботу.

– Тебе спасибо, ты же приготовил завтрак, – она рассмеялась.

– Это пустяки.

Она пожала плечами, в значении: «Неважно, что пустяки, все равно спасибо».

Я жевал бутерброд и продолжал разговор.

– И кто же он, этот Же? Даже имя у него зловещее.

Лиса не спешила с ответом. Неспешно закончила завтрак, и вдруг распахнула глазища, и воскликнула весело:

– А давай ты поедешь со мной?! Мы поедем вместе?! Тогда ты сам сможешь познакомиться с Доктором Же. Увидишь, что он совсем не страшный. И всё тогда сразу пройдет. Мне кажется, это самое простое решение.

– М-м-м, может быть.

Я задумался.

Хотя это только так говорится, что задумался.

Слово неверное. Я как будто застреваю, глядя в одну точку. Но «глядя в одну точку» – тоже неточное выражение. Мне говорили, что в такие моменты я гляжу как-то нараскосяк – каждый глаз в своем направлении.

«Но тебя ведь тревожит что-то еще, – ее фраза вернула меня в реальность, – что-то поважнее, чем страшные сны»

Я взглянул на нее и понял, что с ней я могу говорить откровенно:

– Понимаешь, время идет.

Оно уходит, а я делаю что-то такое малозначительное. Не то… Не того я хотел, мечтал.

 – Я толкнул кресло в подлокотники и пошел по комнате, резко жестикулируя. – Неделя за неделей я хожу на тупую работу и не знаю, как это изменить. Мне кажется, что так вот я и доживу до конца. И буду, как дядя Миша, резать трафареты, красить тренажеры и прочую хрень. Я как будто живу не свою жизнь. Меня не радует она. Я не знаю, как быть.

Лиса тоже поднялась из кресла, подошла к телевизору, взяла в руки книжку, заложенную салфеткой, прочла заголовок.

– «Туда и обратно».

О чем это?

– Приключения, путешествие, гномы, сокровища – сказка.

Она вернула книгу на место.

– А о чем ты мечтал? Какое дело хотел делать?

– Сразу после продавца мороженного? – пошутил я.

– Расскажи.

– Сперва хотел стать космонавтом. Но это мы все так хотели. Потом хотел играть в кино, обязательно богатырей. Муромца, я понимал, мне не осилить из-за роста, но на Алешу Поповича я рассчитывал. Потом понял, как трудно даются мне выступления на людях.