Звезда Cтриндберга

Как он и рассчитывал, после этого бутылочного горлышка туннель стал шире. Надо поторапливаться. Вполне возможно, этот ход где-то соединяется с тем, что выбрали девушки. За несколько минут он проплыл около ста метров. Сто двадцать, сто тридцать… до воздушного кармана осталось совсем немного, если верить показаниям клинометра, туннель неуклонно шел вверх.

Интенсивно работая ластами, он направлял лампу то вправо, то влево – нет ли еще каких помех? – и чуть не воткнулся в железную дверь.

Металл совершенно проржавел, в нем зияли рваные дыры; удивительно, как эта дверь еще держалась на искореженных временем и ржавчиной петлях.

Он заглянул в одну из дыр. Вот в чем дело. Ржавую дверь удерживал не менее ржавый железный засов.

А это что? Известковые отложения?

Он подплыл поближе.

Нет… это не известь. Мел. Кто-то написал большими неровными буквами:

NIFLHEIMR

Niflheimr… Что бы это могло значить? Может быть, название шахты?

Как бы то ни было, надо возвращаться.

Здоровенная ржавая дверь означала конец его путешествия.

Он приложил руку к двери и слегка нажал.

Как ни странно, дверь подалась. Он нажал посильнее, и петли заскрипели. Звук показался ему оглушительным. С крепежными балками надо быть осторожным, но это же всего-навсего дверь. Дверь же не может быть несущей? Он сделал глубокий вдох и обеими руками, насколько хватало сил, уперся в ржавый металл.

Скрежещущий звук. Петли вместе с болтами вырвало из стены, и дверь повалилась.

Опять облако ила.

Не дожидаясь, пока уляжется муть, Эрик проплыл несколько метров вперед. Лестницу, начинавшуюся сразу за дверью, он не разглядел. Если бы разглядел, не врезался бы лбом в нижнюю ступеньку, да так сильно, что слетела маска и загубник выскочил изо рта. Ледяная вода обожгла губы, он непроизвольно вдохнул – и захлебнулся.

Яростным усилием воли удерживая кашель, Эрик с закрытыми глазами отчаянно ухватился за резервный шланг, резко запрокинул голову – и вдруг обнаружил, что его вынесло на поверхность.

Отплевываясь и кашляя, он жадно вдохнул тяжелый, удушливый воздух.

Ему пришлось сделать несколько вдохов и выдохов, чтобы побороть приступ тошноты. Последние ступеньки лестницы он прополз и, обессиленный, упал ничком. Дышать только ртом, приказал он себе, только ртом…

Когда дыхание немного успокоилось, Эрик огляделся, повернулся на спину, еще немного отдохнул и наконец нашел в себе силы сесть.