Ничья земля. Книга 1

 – Почему я тебя не знаю? А ведь в твоей Конторе я знаю всех. Я копаю вас уже полгода. Почему о тебе никто не знает никаких подробностей? Никто не говорит плохо, никто не говорит хорошо. Почему, Сергеев?

– Я человек непубличный.

– Ах да… Совершенно непубличный. Но свято блюдущий корпоративную этику.

– А что такое корпоративная этика?

Она не отвела взгляда, только глубоко затянулась и как-то неловко, словно сова, повернула голову в его сторону.

– Неужели я так похожа на дуру? – спросила она.

 – Даже обидно. Как ты думаешь, кто мне сливает информацию о твоем шефе? Да твои сослуживцы в очередь ко мне стоят – рассказать о делишках Криворотова.

– Верю, – сказал Михаил спокойно, тоже не отводя взгляда. – Но это не вся правда. Рассказывать-то тебе рассказывают, но этим не удивишь ни читателя, ни прокурора. Важно другое – источник-то у тебя не один. Часть тебе сливают твои друзья из СБУ, у них свои интересы. Дозированно сливают, грамотно, без лишних подробностей.

Чтобы ты видела картину, как нужно им – с одной стороны. Часть тебе сообщает Крыс, на то он и первый зам, чтобы метить на место шефа. А еще кое-что – ты выдумываешь. Ты не волнуйся, у тебя хорошо получается, почти правдоподобно.

Она даже опешила на миг, но очень быстро, почти привычно взяла себя в руки – так поступает человек, привыкший держать удар на уровне рефлексов, а не усилий.

– Вот даже как? – сказала она с удивлением в голосе. – А я думала, что хитрее всех.

То есть, надо понимать, ты мне без надобности?

– Я тебе без надобности.

– На место Криворотова ты не метишь?

– Зачем мне его место? У меня есть мое.

Была когда-то такая игра – гляделки. Глупая, если рассуждать, игра. Бессмысленная. Двое смотрят не мигая друг другу в глаза до тех пор, пока один не моргнет или не отведет взгляд, – в этот момент он проиграл.

На мгновение Сергееву показалось, что он с Плотниковой играет в эту игру. Ставка неизвестна, но очень высока.

Чрезвычайно высока. Жизненно важна – иначе зачем с такой силой уперлась ему в глаза взглядом эта странная, похожая то ли на кошку, то ли на хищную птицу женщина?

В этом взгляде было все: злость, заинтересованность, раздражение, банальное любопытство, настороженность, но без страха, и, как ни странно, влечение. От ее взгляда отчетливо пахло мускусом. Настолько отчетливо, что Михаил ощутил холодок, пробежавший вдоль позвоночника к крестцу.