Сложнее, чем кажется

Рубенс ничего не знал о том, что произошло сейчас в спортзале. Его до сих пор колотило от прожитого дня, но он понял, что выиграл. Эту битву он выиграл. И это была самая серьезная битва в его жизни. Он не знал, что все остальные, несмотря на их несоизмеримо большую географическую масштабность, будут лишь бледным отражением битвы этой – первой настоящей схватки с обществом.

Сегодняшнее утро началось в половине пятого. Проснулся, ходил по комнате, пил кофе, курил. Около пяти на кухню вышел Жуковский.

– Волнуешься?

– Очень.

– Не кури слишком много. И кофе тоже много не пей. Трясти будет.

– Меня и так трясет.

– Ничего, сын, ты справишься.

– Надеюсь, – Ян не отрывал взгляд от окна, но ничего там не видел. Он наблюдал за своим перепуганным воображением, рисовавшим слишком много вариантов развития событий сразу.

– Тебе надо доспать. Ты не должен сегодня показаться больным и слабым… Сын, ты слышишь меня?

– Конечно, слышу. Ну не могу я уснуть…

И вдруг зазвонил телефон. Ян почему-то схватил трубку.

– Алло?

Секунда тишины, а потом – впервые за три недели лицо Рубенса осветилось настоящей радостью. В трубке отозвался голос Каретного:

– Я знал, что не спишь.

– Не могу.

– Понимаю. Но надо.

– А ты почему не спишь?

– Дело было.

– В пять утра?

– Неважно. Тебе надо спать, сосед. У тебя сегодня будет тяжелый день. Очень тяжелый.

– Очень тяжелый, – машинально повторил Рубенс.

– Но раз не спишь, значит, день-то будет. Решился-таки.

– Решился.

– Молодец.

Я, если честно, боялся, что ты меня разочаруешь.

– Нет.

– Это хорошо. Ложись спать. Ты меня понял? Ложись.

– Да.

– В восемь тридцать семь ты зайдешь в класс. Да?

– Да.

– А сейчас спи. До встречи, – и Каретный положил трубку.

Ян завернулся в одеяло по самый нос. Ему казалось, что он один сейчас не может уснуть, он не знал, что в их доме не спит сейчас никто, а старшие Жуковские и вовсе не ложились. Что-то сегодня будет? Все их надежды сосредоточились на одном странном человеке, по имени Олег Каретный.

Ему невозможно не верить, он за двадцать минут сделал то, что Жуковские все вместе не смогли сделать за три недели. И вот сегодня – и кульминация, и развязка, сегодня всё должно разрешиться.

Минут через пятнадцать Ян, наконец, уснул.

Коридоры школы, казалось, как будто вернулись из прошлой жизни. Не он вернулся к ним, а они к нему. Вот здесь они проходили с Денисом… И здесь проходили… И тут. Они везде проходили… Пусто. Уроки начались.