Сердце Проклятого

Возможно, это неправильно, но в моем деле, даже если ты не доверяешь никому, нельзя никому не доверять…

– Сказано хорошо. И все же… Ты спрашиваешь о нем из-за бунта в Храме?

Афраний кивнул, подтверждая догадку собеседника.

– Это не все причины, Иосиф, но главная из них.

– И до того у тебя не было интереса к проповеднику из Галилеи?

– Был.

Иосиф взял с тарелки фигу и, не торопясь, откусил кусочек от медового бочка.

– Спасибо за откровенность, – сказал он, не глядя на собеседника.

– Конечно, – согласился Афраний, пригубив вино. – Иоханнана по прозвищу Окунающий и Ирода Антипу.

– Иногда, – произнес га-Рамоти, поднимая взгляд на Бурра, и почему-то взгляд этот был сочувствующим, – мне начинает казаться, что ты знаешь все и обо всех. Ты слишком долго прожил среди нас, Афраний. Как ты умудряешься оставаться римлянином?

– Ты будешь удивлен, но нечто подобное сказал мне сегодня и прокуратор.

– Говорят, что у умных людей мнения совпадают, даже если это разные мнения. Итак, начнем ab ovo[18 - Ab ovo (лат.) – дословно «от яйца», употреблялось в Древнем Риме в смысле «с самого начала».]?

Афраний кивнул.

Возможно, то, что он услышит, ему давно известно, а, может быть, и нет. В любом случае, важна интерпретация.

Израиль. Иудейская пустыня

Наши дни

Шульце был недоволен добычей.

Больше всего на свете ему хотелось добраться до горла Рувима Каца. Добраться обстоятельно. Чтобы никуда не торопиться. Чтобы получить максимальное удовольствие. А вместо этого ему достался задохлик-племянник… Ну, за отсутствием дядюшки придется пострадать родственнику! Не повезло парню!

Шульце врубился в Шагровского головой точно как торпеда в борт сухогруза и едва не сломал себе шею, а из Валентина буквально вышиб дух.

Удар отбросил их обоих от стены, поток потащил прочь. Когда искры перестали сыпаться у Карла из глаз, он попытался ухватить Шагровского за рюкзак – тело Валентина кружил водоворот буквально в полутора метрах от немца, но не достал. Огнестрел Шульце потерял, из кинжала в пластиковых ножнах, пристегнутых к бедру, не постреляешь, но для того, чтобы справиться с племянником, он не нуждался в пистолете.