Открой дверь в прошлое

 – А где все?

– Все уже здесь, мой мальчик.

Роман обернулся. Его отец, Джосайя Локетт, был высоким, крупным мужчиной с широкой грудью. В молодости он играл в Большой лиге, пока из-за травмы ему не пришлось сменить спортивную карьеру на карьеру предпринимателя. Тогда он и приобрел «Атланта Кугуарз».

– Привет, пап. Ну, что тут у вас?

– Расскажи лучше о себе. Слышал, на аукционе ты произвел настоящий фурор.

– Мои друзья только о тебе и говорят, – добавила его мать.

Анжелика Локетт была истинной южанкой в ярком платье с широкой юбкой и в модных туфлях-лодочках.

Ее иссиня-черные волосы были зачесаны назад, полностью открывая красивое лицо с кожей цвета арахисового масла.

– Еще бы, – подхватила Джиана. – Пятьдесят тысяч долларов. Самая высокая ставка за вечер.

– Это впечатляет, – сказала Анжелика. – Но разве я не знала, что все Локетты дамские угодники?

– Кто тут говорит о дамских угодниках? – Джулиан подошел к матери и поцеловал ее в щеку. – Как поживает самая красивая мама в мире?

– О, прекрати! – Анжелика шутливо погрозила ему пальцем.

Джиана повернулась к нему, скрестив на груди руки.

– А где был ты вчера вечером? – спросила она. – У меня должно было быть два брата Локетт. – Она выставила вперед два пальца. – Два! Ксавье, по крайней мере, предупредил заранее, что не сможет прийти. Ты же просто не явился.

– Прости, сестренка, но мне кое-что помешало, – сказал Джулиан без малейшего признака раскаяния.

Джиана закатила глаза:

– Как всегда! Я могла бы собрать куда больше денег, если бы на тебя можно было положиться.

Пока они спорили, мысли Романа вернулись к Шантель. Он остался в отеле на всю ночь, и все же им не удалось выспаться, потому что они были слишком нетерпеливы, изучая друг друга.

Какое у нее было тело! Эти восхитительно мягкие изгибы, в которые ему так нравилось погружаться. Сначала она была робкой, но потом превратилась в настоящую вакханку. Всю ночь Шантель сгорала от страсти, и он совсем потерял голову. Только когда наступило утро, он спохватился.

Шантель была из тех женщин, к которым нужно было относиться серьезно, а к этому он был не готов. По крайней мере, пока.

Поэтому он ушел. Он всегда избегал неловких посткоитальных разговоров. Пора было двигаться дальше. Проблема была только в том, что весь день эта женщина не выходила у него из головы.

– Все в порядке, сынок? – спросил отец. – Ты как будто за миллион миль отсюда.

Роман покачал головой:

– Все нормально.