Открой дверь в прошлое

Всю неделю Роман отчаянно пытался вырваться из бесконечного цикла кинопленки, что прокручивалась в его голове. Он видел Шантель в своих объятиях, слышал ее тихие стоны, чувствовал ее ноги вокруг своих бедер, когда она привела его туда, куда не удавалось привести его ни одной другой женщине.

В нирвану.

Поэтому, когда Кеке предложила пойти на открытие художественной галереи, о которой она слышала от своих друзей, он согласился. Они немного выпьют, а там будет видно.

И никак не ожидал увидеть здесь Шантель.

Можно было пересчитать по пальцам, сколько раз он сталкивался с ней за последние десять лет.

А теперь? Два уик-энда подряд? Такое было просто немыслимо.

И вот он здесь, с Кеке, прячется на другой стороне галереи и пялится на нее, словно какой-то безнадежный идиот.

Проклятие.

И как теперь выбраться отсюда, чтобы она его не заметила?

– Как тебе это? – Кеке указала на абстрактное полотно с мириадами цветов – от черного до розового, от золотого до бирюзового.

Это было похоже на волну, в которой можно было увидеть и лицо. – Интересно, не правда ли?

– Несомненно. – Роман обнял ее за талию и повернул так, чтобы они не смотрели на Шантель. – А что ты скажешь, если мы сейчас свалим отсюда?

– Роман! – окликнул его Джулиан.

Брата он проигнорировать не мог. Роман повернулся.

Шантель посмотрела на них. Сначала на него, потом на Кеке, потом снова на него. На мгновение на ее лице отразилась обида, потом оно словно окаменело.

Джулиан подошел и протянул ему руку.

– Привет, Роман. Что ты здесь делаешь? Не думал, что ты большой ценитель искусства.

– Это не его вина, – сказала Кеке. – Это я его сюда затащила.

Роман представил их друг другу.

Джулиан улыбнулся.

– Я так и знал. Ром не отличит Пикассо от Ван Гога.

Роман вперил в него грозный взгляд:

– Огромное спасибо тебе, братишка.

– О, без проблем, – невозмутимо отозвался Джулиан и повернулся к Кеке: – А вы не хотели бы посмотреть экспозицию наверху? У моего друга там несколько отличных работ.

– Ты не возражаешь, Роман? – спросила Кеке, невинно хлопая густо накрашенными ресницами.

– Конечно нет.

Что еще Роман мог сказать? Он смотрел, как они поднялись по лестнице, а когда повернулся к Шантель, та уже направлялась к выходу.

– Шантель, подожди! – Роман догнал ее. – Нам нужно поговорить.

Она даже не остановилась.

– Для этого у тебя была целая неделя.