Мои планы на тебя

Они терзают светлых с первых дней учёбы.

Поначалу это очень больно, когда в твою спину, бедро или плечо втыкается пика или метательная звёздочка. Все наши тела исполосованы шрамами, но со временем мы учимся защищаться, работая на чистой интуиции. Именно так я определила, что за нами слежка. Я всегда чувствую присутствие других. Но это работает вовсе не так, когда знаешь наверняка, где и что делает твой враг. Всё куда сложнее. Один лес на две команды. Я чувствую, что не одна на огромной территории. Чувствую, как собрата, так и врага, но сказать кто и где не могу.

Другое дело, когда враг ближе. Его присутствие оседает тревогой в груди, но опять же, я не могу сказать, где именно он находится.

Всё это воспитывается в нас с первого дня. Всё это основополагающая часть нашей деятельности. Чувствовать приближение металла мы обязаны так же остро, как если бы кто-то уже чертил на коже болезненные кровавые полосы.

И всё это ради того, чтобы стать первоклассным защитником. Телохранителем императорской семьи или того, кто отдаст за нашу жизнь баснословные деньги.

Мы в какой-то мере рабы, потому что ничего не можем сделать против той участи, что нам уготована.

Размышляя над всем этим, я скоротала время. До цели оставалось совсем немного и меня удивляло, что никто не догнал нас, и мы никого не догнали. Странно.

– Может привал? – устало выдохнул бывший чинуш.

Он уже едва плёлся, обходя деревья и спотыкаясь на каждом шагу об их корни.

Я согласно кивнула и бросила сумку под одно из деревьев, сама же уселась на пень.

Ковэрн не знает, но ему всё равно не выжить. Если я сохраню ему жизнь, то после моего выхода, он умрёт под защитой, какого-нибудь малыша первокурсника, который не в состоянии ещё о себе позаботится, не то, что о ком-то.

Вздохнула и вспомнила, сколько на моих руках загубленных жизней. Достаточно хорошо владеть щитами я начала буквально несколько лет назад. Вот тогда все эти смерти и прекратились, оборвав все мои моральные терзания.

Я не запоминала лиц преступников, отданных нам для обучения, как не запоминала и тех, кто этих преступников убивал. Я помнила только одно лицо. А точнее взгляд, от которого мне до сих пор становилось не по себе. Мальчишка в маске, что метнул нож в моего первого подопечного. Взгляд полный равнодушия и неожиданного насмешливого понимания.

«Он не первый и не последний, Пантера. А будешь каждый раз расстраиваться, и сама до конца обучения не доживёшь».