Не бойся темноты

– Держите.

– Тамара, давай на "ты". А то я чувствую себя настоящим старцем. Договорились?

– Договорились, – кивнула Томка.

Даниэль снова улыбнулся, приял из ее рук еду, развернул и с наслаждением стал уплетать за обе щеки. Девушка наблюдала за ним как завороженная, забыв про свой бутерброд.

– Даниэль, а как это произошло? – она указала на колено.

Тот помрачнел и уклончиво ответил:

– Давняя история. Не люблю вспоминать.

Дальше ели молча. Томка украдкой поглядывала на него. Интересный он человек.

Загадочный. И чем больше она с ним разговаривала тем больше он ей нравился. Легкий ветерок трепал его золотые волосы. Расслабленная поза. Такой Даниэль Карлайл казался более доступным в общении.  Хозяин Карлайл Холла и потомственный аристократ вызывал у нее страх. Стоп!

– Даниэль, а как ты получил графскую усадьбу?

Молодой человек, оправил последний кусочек булочки в рот, прожевал и равнодушно ответил:

– В наследство.

Томка задумчиво прикусила губу.

– Твой отец был графом?

Даниэль посмотрел на нее как-то странно.

Синие глаза потемнели от … гнева?!

– Да.

Девушка напряглась и отвела взгляд.

– Зачем все это? – тихо спросила она.

Даниэль придвинулся к ней ближе и положил руку на плечо. Девушка изумленно уставилась на эту самую руку, но сопротивляться не стала. Он наклонился.

– Что «все»?

Тома тягостно вздохнула.

– Не играй со мной. Я прекрасно осознаю, кто я, а кто ты.

– И кто же я? – как-то жутковато поинтересовался он.

– Ты  граф, – тупо ответила Томка, чувствуя себя последней идиоткой.

Она заглянула ему в глаза и поежилась. Взгляд парня был злой. Неожиданно.

– Нет, я не граф, – выдохнул он.

Его рука потянулась к вязаной папочке, что покрывала Томкину голову и резким движением стянула с головы. Рука тут же зарылась в волосы, а пальцы властно сжали затылок. Не успела девушка подумать: какого лешего он себе позволяет, как ощутила, что ее больше не обнимают. Даниэль отодвинулся на приличное расстояние и посмотрел куда-то в сторону.

Она проследила за его взглядом. По аллее целенаправленно к ним шел Томас Грин.

Супруг Марты Грин был старомодным и на редкость занудным пожилым человеком. Его лекции обычно проходили в абсолютной тишине, нарушаемой иногда скрипом мела на доске и чьим-нибудь храпом. Спалось под его монотонное бубнение очень хорошо. Вопреки манере проведения занятий, вне аудитории он был очень энергичен, имел ханжеские взгляды и поистине рыцарские понятия о чести и достоинстве.