Любовница лилий

 – И что же с ней не так?

– Я родился в Коврове, все мои предки отсюда, наверное поэтому всегда интересовался историей. Так доложу я вам, что раньше там находилась Покровская церковь при кладбище села Рождественское. Именно на нем хоронили местную знать. Еще моя бабушка называла его «кладбище князей Ковровых». При советской власти часовню и некрополь князей снесли, кладбище разорили. И плитами-то могильными даже мостили улицы, вот Абельмана, к примеру. И еще часть плит уехала в Москву, использовали для облицовки стен метро, это я в одном историческом журнале вычитал.

А на месте кладбища разбили городской сквер. Ноги-то ныне живущих топчут могилки, а душам это не нравится. Ночью я туда даже соваться бы не стал.

– А мы подростками там спокойно гуляли, – сказал Виктор. – Но какой вы чувствительный, – заметил он.

– Это я мясо убиенных животных перестал есть, вот что-то в организме и меняется, – сообщил Петр Иванович. – Поэтому и опасаюсь тут находиться. Призраков-то видеть совсем неохота.

Они замолчали. Пауза показалась Виктору неприятной. Сторож мялся, опуская глаза, и словно не мог на что-то решиться.

– Виктор Викторович, – наконец проговорил он, – я, по правде говоря, и заявление уже вам написал «по собственному желанию». Увольте меня от этого дела! Боюсь и все тут! Платите вы, конечно, щедро, но уж лучше я на завод вернусь.

– Давайте не будем торопиться, – мягко произнес Виктор, глядя в глаза окончательно смутившегося сторожа. – Я верю, что существуют неупокоенные души.

И завтра же с утра закажу молебен по рабе Божией Людмиле. Так звали мою мать.

– Всем привет! – раздался веселый голосок, и из-за дома появилась девушка.

Это была эффектная брюнетка в обтягивающем ее аппетитную фигуру красном брючном костюме. Загорелая гладкая кожа, янтарно-золотистые глаза придавали ей особую пикантность.

– Матерь Божья! – нервно проговорил сторож. – Снова она! Опять что ли калитка не заперта на заднем дворе? Но я проверял!

– Здравствуй, Моника, – спокойно поприветствовал ее Виктор.

– Рада снова тебя видеть, дружочек! – сказала она и широко улыбнулась, демонстрируя неестественно белые и ровные зубы.

– Так вы знакомы? – изумился Петр Иванович, во все глаза глядя на незваную гостью.

– А то! – задорно ответила девушка. – Причем узнали друг друга… во всех смыслах именно в этом городишке. Помнишь, милый?

И Моника кокетливо повела плечами и зажмурилась, словно кошка, поглощающая жирные сливки.