Отмеченный. Часть 1

Я не сумел уберечь тебя от этой случайности, – он грустно вздохнул.

– Что ты такое говоришь? – я осмотрел свою форму Службы Б. и перевел взгляд на отца, – От случайности невозможно уберечь, на то она случайность. Звучит абсурдно.

Папа кивнул.

– Слушай, но думай. Если Аномалию получится понять, то она будет перед тобой.

Отец не просто так перевел тему. Он употребил пословицу, которую ранее я слышал только от него самого. «Не тот страшен, кто пред тобой, но тот, кто поддерживает тебя со спины» – примерно так.

Следовательно, Аномалия для меня будет чем-то очевидным, а то, что поддерживает… Служба и, быть может, даже Велла, – вот, чего следует опасаться на самом деле. Отец использовал пословицу, чтобы скрыть смысл сказанного от присутствующих. К черту демонов, если я думал над вмешательством СБ в происходящее со скептицизмом, то он всерьёз считал их «приспешниками зла», для которых нет ничего святого. Стало понятно, от какой «случайности» он мог меня уберечь…

Надеюсь, у отца был весьма серьезный повод, чтобы усомниться в благородности намерений самой Службы Безопасности во главе с господином Эйргоном.

Опасность, которая ожидает меня вне леса, беспокоила его не меньше, чем то, что обитает в лесу.

Я повернулся к сотрудникам, на лицах которых даже за очками и маской было видно крайнее удивление, и доброжелательно сказал:

– Извините. Эта форма на самом деле выглядит хорошо…

– Ничего страшного. Мы не держим обиду, если наш костюм кому-то не нравится, – ответил первый, не дав мне закончить мысль, второй кивнул.

Не веря в то, что они совсем не поняли, о чем был наш диалог, я с недоверчивым видом посмотрел на отца. Он лишь нахмурился и отвернулся в сторону окна.

Дежурный исследователь подошел ко мне и замерил излучение, после чего провел к весам.

– Сто пять килограмм и семьдесят четыре микрорентгена в час, – зачем-то сказал он в слух, хотя показания видел и я, и отец, – Времени на разговоры у Вас не остается, Марк Лиссебар.

По пути на улицу, единственный, кого мы встретили – был медицинский работник в регистратуре. Больница будто опустела. Я сглотнул, вспомнив, как исследователь предупреждал Старшего Советника СБ о моей будущей опасности для окружающих.

В голове один за другим стали появляться фантастически-кровожадные образы с элементами расчленения и последующими опытами над еще живыми частями, после того как ученые признают меня «безнадежно опасным».