Отмеченный. Часть 1

 Всё, что раньше было «божественным», теперь совершенно обыкновенно и понятно образованному человеку. И тут… возникает Эб-Гон, который просто себе стоит на месте уже сотни лет, и никто всё еще не может дать ему объяснений. И ладно, если бы его чудеса были видны только под супермикроскопом, или регистрировались другими научными приборами с невероятной чувствительностью, но НЕТ! Он действует на животных, и так заметно, что только слепой не увидит этого. Ты просто посмотри! Этот поселок не просто напрочь лишает их страха, они как ходячие мумии, которым плевать на окружение вообще.

– Мы тоже животные, балда, и на нас никакого влияния нет, – я вновь кинул палку, на этот раз дальше. Гиберт неохотно повернулся в ее сторону и пошел, по-прежнему не обращая внимания на зомбированную влиянием поселка белку.

– Да, это понятно. Представь, если мы так и не выясним, что это?

– Не выясним? Имеешь в виду, что упремся в какой-нибудь предел физики, который, к примеру, пророчат микроэлектронике?

Гектор сделал задумчивое лицо и осторожно кивнул, давая мне понять, что не совсем в теме

– Ну… типа того, думаю.

– На самом деле это не единственный пример «загадочного» излучения, влияющего на поведение животных. Если Эб-Гон оказывает успокаивающее или сдерживающее воздействие на животных, не отягощенных высоким интеллектом, то Аномалия – наоборот…

– Заставляет всех дрожать от страху – это ясно. Но, причем здесь примеры? – Гектор пристально посмотрел мне в глаза, пытаясь понять мой умысел.

– Кстати, то, что дельфины «ощущают» наш интеллект, тоже связывают с этим воздействием… К чему я? К тому, что слишком много видимого результата этого воздействия для того, чтобы оставаться ему долгое время неизученным. По статистике, подобного рода явления измеряются и классифицируются на 100%, понятно? – я хлопнул его по плечу, – Так что удивляйся, пока есть время.

– Ты говоришь так, будто тебя самого не удивляет это место, – с досадой сказал друг и, допив пиво, бросил банку в рюкзак. Он явно ожидал более душевного диалога на затронутую тему.

– Удивляет, – я повернулся к Гектору, и он подозрительно прищурился, – Немного удивляет. А вот чего много, так это досады.

– Почему?

– Будет очень обидно, если наше поколение так и не разберется с этим.