Чикаго для влюбленных

 – Скажи спасибо, что мы имеем возможность жить отдельно! И не только в разных квартирах, но и даже в разных странах. И при желании можем вообще не пересекаться!

Гера глянул на нее и замер. А потом начал улыбаться.

– И правда! – пробормотал он. – Чего это я кипячусь? Ну вызвала она отца в Барвиху, ну не смог он провести с нами этот день, как планировал…

«Так вот в чем дело! – подумала Наташа. – Гера просто обиделся на отца из-за его срочного отъезда. И его можно понять. Знакомство с его невестой должно было стоять на первом месте».

– А я этому даже рада! – уверенно поговорила она.

– Почему? – изумился Гера. – Я так мечтал, что проведу весь день с вами, самыми близкими и любимыми! Наташа, у меня ведь никого нет во всем мире! Только папа и ты.

Ей стало так приятно от этого признания, что чуть не выступили слезы. И в то же время жалость обожгла сердце. Одиночество Геры еще в первую их встречу поразило ее. И сейчас Наташа дала себе слово, что никогда, никогда не оставит любимого и будет по возможности всегда с ним.

А ее родные? Она подумала, что со временем решит и этот вопрос.

– Да, мне тоже хотелось бы поближе познакомиться с твоим отцом, – сказала она. – А рада я такого краткому с ним общению лишь потому, что чувствую себя не в своей тарелке. Мне же хочется произвести самое выгодное впечатление, а я только что с самолета, уставшая, плохо причесанная, в старых джинсах.… Но тебе все равно меня не понять! – с улыбкой добавила она. – Ты же не девушка на выданье!

Гера заулыбался и обнял ее.

– К тому же я впервые в Чикаго, впервые увижу твою квартиру, впервые мы будем наедине… не считая Степана Андреевича, но я уже к нему привыкла! Герочка, у меня сейчас все впервые. И мне хочется быть только с тобой!

– Ну, тогда все хорошо! – сказал он. – А вообще давай и дальше все и всегда обсуждать напрямую? У меня нет никакого опыта совместного проживания с девушкой.… Но мне кажется, когда люди все открыто говорят друг другу, это избавляет от многих проблем.

А ты, вижу, спокойно отвечаешь даже на щекотливые вопросы и совсем-совсем не капризничаешь. А вот Каролина…, – добавил он и осекся, глянув на Наташу.

– И что Каролина? – спокойно спросила она, хотя сердце неприятно екнуло от нового укола ревности.

Конечно, Гера рассказал ей о своем мимолетном увлечении однокурсницей и уверил, что кроме пары поцелуев между ними ничего не было, но все равно Наташу мучила ревность. И это было очень неприятно и болезненно.