Нежность ночи

Из нее донеслись какие-то звуки, я невольно оглянулась и увидела, что мертвецы оживают, полуобнаженные кости одеваются плотью, черепа приобретают кожный покров, обрастают волосами. И вот уже из ямы ко мне тянут бледные руки Атанас, Порфирий и Рената. Я заорала от непреодолимого ужаса и… проснулась.

Резко сев на кровати, с трудом вдохнула, грудь сильно сдавило. Я вытерла вспотевший лоб и широко открыла глаза, все еще не понимая, где я, что со мной. Но увидев, что нахожусь в спальне и мне ничего не угрожает, постепенно пришла в себя.

Но картинки кошмара так и стоял перед глазами. Вспомнив наставления бабушки, что подобные сны нужно, «смывать» и желательно святой водой, я встала. Святой воды в доме, естественно, не было, Грег не выносил ее. Тогда я отправилась в ванную и тщательно умылась. Затем спустилась на кухню, не в силах оставаться после такого привидевшегося ужаса в спальне. Но и там мне показалось неуютно. Огромная квартира, в которой находилась лишь я, начала угнетать. Тишина, темнота вызвали очередной приступ тоски.

– Грег? – еле слышно позвала я и села за стол. – Грег! Любимый! Я умру без тебя! Знаю, что не смогу жить в разлуке. Что мне делать на этой земле, когда тебя нет рядом? Как жить одинокой и несчастной? Никогда, никогда я не разлюблю!

Я прислушалась, словно ждала ответа. Но в доме по-прежнему было тихо. Я опустила голову на скрещенные руки. Поверхность стола казалась прохладной, и это меня немного успокоило.

«Может, кошку завести? – размышляла я.

 – Все не так одиноко».

Домашних животных у нас не было, они не выносили вампиров. Но сейчас, когда Грег в доме отсутствовал, котенка можно было принести.

Я не заметила, как задремала. Очнулась от боли в затекшей шее. Судя по всему, было раннее утро. Синие сумерки заливали проемы окон. Я глубоко вздохнула и почувствовала облегчение, что день наконец-то наступил. Я поднялась в спальню, укрылась одеялом с головой и мгновенно и крепко заснула. Меня разбудил звонок смартфона.

Я глянула на дисплей. Это была мать. Но даже спросонья я ощутила такой приступ раздражения, что не смогла сдержаться.

– Чего ты хочешь?! – грубо спросила я, не поздоровавшись. – Когда вы с моим папашей оставите меня в покое? Чего вы все лезете в мою жизнь?

– Ладушка, – испуганно ответила она, – ты что? Я просто звоню, узнать, как ты. Ничего такого я не хотела. Мы ведь родители твои! Вот когда у тебя будут дети, ты сможешь понять, что это такое.