Поцелуй ночи

Он казался мертвым, такими застывшими и острыми выглядели черты. Я вскрикнула и ринулась к гробу. Но налетела на препятствие, словно ударилась о прозрачную стену. Я припала к этой невидимой стене и смотрела на любимое лицо, не отрываясь. Я видела точеный мертвенно-бледный профиль, темные густые брови, гладкий лоб, откинутые назад черные, как вороново крыло, волосы. Синеватые веки обрамляли длинные ресницы. Мне показалось, что они дрогнули от моего пристального взгляда, а бескровные губы приоткрылись, словно Грег тихо вздохнул.

Но Лила каким-то неведомым образом уже оказалась внутри склепа. Она приблизилась, приподнялась в воздухе и зависла над гробом. Деловито поправила подушечку, смахнула что-то с его волос, затем приподняла руку и приблизила ладонь к закрытым векам. И лицо Грега вновь застыло в невозмутимом покое. Через мгновение Лила очутилась рядом со мной.

– Довольна? – тихо спросила она.

– Но… хотя бы поцеловать…., – жалобно начала я.

Но Лила быстро прижала ладонь к моему лбу.

Я провалилась в темноту и очнулась у себя в комнате. Я лежала на кровати, и слезы безостановочно текли по щекам. Я все еще, словно наяву, видела Грега, покоящегося в гробу. И со мной случилась самая настоящая истерика. Я рыдала безостановочно, каталась по кровати, затем упала на пол, звала Грега, у меня начались судороги. И это привело меня в чувство. Я испугалась и перестала рыдать и кричать. С трудом села и начала разминать ноги. Ступни сводило еще какое-то время, я буквально не чувствовала их.

Со мной такое случилось впервые. Когда я более-менее успокоилась, то побрела в ванную и долго стояла под струями обжигающего душа. Завернувшись в махровый халат, приняла снотворное и не заметила, как провалилась в сон.

Из блокнота Грега:

Твое прикосновение, как шелк крыла летящей бабочки,

задевшей случайно кожу впалых хладных щек.

И вновь пульсирует по венам крови ток,

и жизнь вернулась с поцелуем нежным…

Проснулась я утром.

Услышав, как мама ходит по комнате, подумала, что она меня вчера даже будить не стала.

«Сколько же я проспала? – вяло размышляла я, глядя в потолок. – Но мне уже лучше».

Действительно, мое настроение было хоть и подавленным, но каким-то светлым.

– Любимый! Все-таки я увидела тебя, – прошептала я. – Бедный мой. Ты лежишь в этом темном холодном склепе… Такой беззащитный…

Я села на кровати. В этот момент в комнату заглянула мама.