Туфелька под ёлкой

– Эпизод в одной серии, – недовольно сказала Берта. – К тому же роль какой-то заезжей стриптизерши, пытающейся соблазнить главного героя.

– Твой внешний вид…, – начала Тая.

– Оставь! – бросила Берта и встала. – И не уходи от темы. Или решила скрыть успех от подруги? Но не забывай, что это я познакомила тебя с Владом…

– Ладно, не кипятись! Ничего интересного пока сообщить не могу. Да, мой типаж подошел, но мне надо войти в роль. Так что пока изучаю сценарий.

Тая замолчала. Ей хотелось рассказать подруге о походе «в трущобы», но зная болтливость Берты и ее чрезмерную общительность, она боялась, что это тут же станет достоянием «общественности», и соцсети очень в этом ей помогут.

– Вообще я рада! – после паузы искренне сказала Берта. – Может, ты и права, что отказываешься от эпизодических ролей. Если все получится, то сразу засияешь в главной.

– Не хочу забегать вперед, – уклончиво ответила Тая.

– Боишься сглазить?

– А то! Да и сомнения меня одолевают. Получится, как в малоизвестном выражении: «Залетела ворона в боярские хоромы».

– Любишь ты прибаутки с двойным смыслом, – рассмеялось Берта. – И вовсе ты не ворона, а настоящая царь-птица. Так что не грузись, все у тебя получится.

– Спасибо! – с улыбкой ответила Тая. – Я готова, можем отправляться.

Берта окинула подругу с ног до головы критическим взглядом и со вздохом заметила, что Тая как всегда выглядит элегантно и утонченно.

Девушки вышли на улицу. Снег тихо падал крупными хлопьями, и Берта открыла зонт.

Она подняла его, пробормотав, что ее макияж должен быть безупречным. Они двинулись вдоль домов, разглядывая витрины. И когда поравнялись с Интерьерной лавкой, Тая невольно сжалась, заметив у входа все того же охранника.

– Ой, смотри, какой прикольный подсвечник! – оживленно проговорила Берта, замедляя шаг.

Она прильнула к витрине, но Тая потянула ее за локоть, желая быстрее уйти. Охранник уже двинулся к ним.

– Милые барышни, – ласково начал он, с улыбкой глядя на девушек, – заходите! У нас предновогодние скидки!

Тая глянула на него и снова испытала жгучий стыд.

Унижение оставило след в душе, ей хотелось избавиться от него, но она вдруг подумала, что наоборот эту сильную эмоцию нужно оставить в копилке памяти и в нужный момент вытащить наружу и использовать в палитре роли. К тому же охранник никак не мог узнать в изысканной, хорошо одетой девушке ту нищенку, которую он пару часов назад прогнал от витрины.