Хроники тихого охотника

КРИГБАУМ! – кричу, пытаясь переорать грохот и шум дизеля.

Шеф открывает глаза и смотрит на меня вопросительно.

ЧТО ГОВОРИТ ДИЗЕЛЬ?

ДИЗЕЛЬ ДОВОЛЕН, ГЕР КАЛЁЙН! – орёт тот, улыбаясь

ХОРОШО, СМОТРИ, ЧТОБЫ НЕ КАК В ПРОШЛЫЙ РАЗ!

В ПРОШЛЫЙ РАЗ НАМ ДИЗЕЛЬ ПОВРЕДИЛИ! И УГАДАЙ ПО ЧЬЕЙ МИЛОСТИ, СТАРИК?!

ВТОРОГО ВАХТЕННОГО! – улыбнулся и опёрся спиной об переборку.

Постояв и послушав успокаивающий гул дизеля, я вышел из дизельного отсека. На камбузе, вытерев пот со лба, киваю Алексу и тот, макнув ложку в варево, протягивает её мне.

Осторожно, гер калёйн, горячее!

Подув на ложку, проглатываю содержимое и… зажмуриваюсь от удовольствия! «Да… наверное, так кормят только в элитных «столичных» ресторанах».

Отлично! Просто отлично, где ты так готовить научился?

У меня отец – шеф повар берлинского ресторан, наследственность! – пожимает плечами Алекс.

Затем он вздыхает и смотрит мне за спину, на дверцу кладовой.

Вот бы ещё интенданты выдавали нам нормальные продукты, а не те, у которых срок годности подходит к концу!

А… это в армии неискоренимо! Интересно, хоть в каком-нибудь веке в армии интенданты перестанут воровать и продавать военное имущество? – говорю я, понимающе вздыхая.

Кивнув Алексу и постояв с минуту, иду обратно, к себе в каюту. Дойдя до поста радиста, я останавливаюсь и поворачиваюсь к «шарманщику».

Новых радиограмм не поступало?

Нет, господин капитан.

Захожу к себе, оставив дверь открытой, открываю шкаф, беру с полки книгу, первую попавшуюся под руку книгу, и падаю на кровать, положив подушку под спину. Смотрю на обложку – «Шерлок Холмс «Союз Рыжих». Интересно, вроде я такую не читал! Открываю книгу и принимаюсь за чтение, изредка поглядывая на наручные часы, чтобы не пропустить обед.

Спустя некоторое время, мы сидели в офицерской кают-компании и «благообразно» принимали пищу. Мы – то есть я, Кригбаум, Лёха, Александр и Гюнтер.

Рядом со мной сидел Шеф, а передо мной, как назло, Гюнтер. Я смотрел на то, как он ест и меня аж выворачивало наизнанку. «Смотрите, какие мы аристократы! А вы все ничтожество… тьфу, мать его!» Переглянувшись с шефом, я по его лицу понял, что моё аж перекосило от отвращения ко второму номеру, но тот всё равно меня не видел или старательно делал вид, что не замечает.