Бумажные доспехи

Роберт обычно изображает несколько первых аккордов из песенки про веселого осла, так что это пришла Морген.

Скорей бы со всем этим закончить.

На Морген под распахнутым светлым плащом было короткое черное платье. Волосы, собранные в небрежный пучок растрепались – словно она всю дорогу бежала. Донно ожидал чего-то более… консервативного.

– Эт-то что? – ошарашенно спросил он.

– «Это», вообще-то, я, – ответила Морген. – Кто так здоровается? Ну?

– Да здоровались уже, – хмурясь, сказал Донно.

– Я вино привезла, и немного всяких нарезок, – сообщила она, протискиваясь мимо.

– Зачем? – удивился Донно, отбирая увесистый пакет. – Я специально тебе писал, чтобы узнать, что нужно.

– Да ты все равно не то взял. Я сухое люблю. А ты наверняка полусладкое купил.

– Надо было уточнять.

– Это ты должен был уточнить. А я подумала, что мне самой надо купить, раз так вопрос поставлен… О боги! Ты вообще тут убираешься?

– Я убрался сегодня.

Женщина отмахнулась.

– Морген!

Не слушая, она прошла на кухню, сердито комментируя и грязную посуду, и желтую липкую пленку, покрывавшую стены и кухонную мебель.

Донно уже давно было наплевать на чистоту и прочее – но сейчас ее слова задевали за живое. Сытое недовольство, пренебрежение слышалось ему: у нее-то все хорошо и правильно.

Вот жалость-то, что он к ним не относится.

– Ну извините, ваше императорское величество! – процедил Донно. – По-твоему, у меня до хрена времени? Мне некогда убираться, а на домохозяйку денег, извини, нет. В твоем благополучном мирке такое бывает?

Морген резко развернулась, побледнев.

– В моем благополучном мирке, – прошипела она, – все было прекрасно, пока ты не приперся и не забрал моего сына!

– Надо было смотреть за ним, чтобы он дурью не маялся! Все эти балованые мамины сыночки и лезут куда не надо, мать их в бесово королевство!

– Да что ты знаешь? – заорала Морген, и ярость лопнула, словно воздушный шарик, наполняя вены до краев.