Бумажные доспехи

Поначалу Лейтэ терпеть его не мог: грубый и туповатый на вид, он подшучивал над мальчишкой и постоянно разговаривал по телефону, решая рабочие вопросы. Но он практически не лгал: каким-то невероятным способом он умудрялся от скользких вопросов уходить, недоговаривая.

Примирило его с куратором только то, что однажды Сова упомянул своего друга:

– На самом деле, тебе бы поговорить с Паладином. Это кореш мой… был. Погиб прошлой осенью, ну, еще до всей этой дряни с Днем мертвых. Он тоже был из ваших, из слышащих правду.

Лейтэ подождал немного, потом спросил:

– А что с ним случилось?

– Да как тебе сказать… мы поехали на задержание, парень один баловался темной магией, ковырял в подвале дома дырку в пространстве. Короче, мы приехали как раз, когда местные братки собрались его лупить. От его занятий за неделю во дворе пара черных луж получилась. Пришлось лезть в драку – а там же все гражданские, нельзя никаких чар применять. Ну и нехило так досталось всем, а Паладина пырнули в бок ножом.

Нет, ну ты представляешь? Из-за какого-то урода! И это ж он, Паладин, первый пошел его отбивать – типа не по-человечески стоять и смотреть.

Эта история навязчиво болталась в голове Лейтэ еще несколько дней. Он по всякому прокручивал ее в голове. Его пугала легкость смерти, которую встретил Паладин, и злость, которую испытывал по этому поводу Сова. Удивляла простота, с которой говорил Сова – все же друг погиб!.. и до костей пробирало осознание того, что теперь Лейтэ по их сторону баррикад.

Его тоже могут нечаянно ткнуть ножом в бок. Его может сожрать какой-нибудь монстр-объект – ведь Лейтэ один из тех, кто выходит с ними бороться, а не прячется, пока угроза не пройдет.

Он не хотел этого, и страх скручивал его, жег изнутри кислой желчью. Лейтэ плохо спал, ревел как маленький, зажимая лицо подушкой.

И ничего не мог сделать.

Кофе из автомата

Часа в три ночи Морген решила выпить кофе из автомата в холле и лечь спать в ординаторской.

Дежурная медсестра давно дремала на диване в коридоре отделения, а врач Витя спал на кушетке в процедурной.

Роберта положили в реанимацию; Морген звонила Донно, хотела сказать, что нужно будет привезти его документы и вещи, но тот не отвечал. Чем там вообще дело закончилось, Морген не знала.

Ведь он бы позвонил? Хотя бы для того, чтобы спросить о напарнике? Ненужные, пугающие мысли о том, что с ним что-то могло случится, Морген не пускала к себе.